Вы зашли на мобильную версию сайта
Перейти на версию для ПК

«Формировать команду под себя — это неправильно»

Первое интервью нового заместителя Кобылкина - Михаила Кагана: о кадровых чистках, взятках и подчиненных
Михаил Каган снял погоны генерала и отправился выполнять задачи на Ямал, в должности замгубернатора округа Фото:

Бывшего главу УФСКН Свердловской области Михаила Кагана на Ямал позвал Дмитрий Кобылкин: силовик работал с губернатором несколько лет назад, когда возглавлял аналогичное управление в автономии. 22 июня стал для Кагана первым рабочим днем в должности замгубернатора в Салехарде. «URA.Ru» удалось получить первое блиц-интервью нового члена «команды Кобылкина».

— Михаил Дмитриевич, какие у вас задачи в новой должности?

— Задачи мне поставил губернатор. Функционал тот же — взаимодействие с федеральными органами власти, в том числе по противодействию коррупции, профилактика и ликвидация чрезвычайных ситуаций, межнациональные и межэтнические отношения. К ключевым также отношу реализацию Стратегии развития Арктики в части обеспечения национальной безопасности. Эти вопросы невозможно решать без тесного взаимодействия с федеральными структурами.

— Вы будете курировать, в том числе, работу силовых структур. Знакомы ли вам проблемы взаимодействия между ведомствами — полицией и СК, полицией и прокуратурой. Может быть, даже конкуренции.

— У каждого силового ведомства своя сфера деятельности. Они дополняют друг друга и работают на одну общую цель. Возможно, здоровая конкуренция присутствует, но она часто и стимулирует в работе.

— Заместитель губернатора по вопросам безопасности должен обеспечивать взаимодействие и сосуществование этих структур?

— Конечно, это его прямая обязанность. Значительное количество вопросов необходимо решать сообща.

— Ваши подчиненные теперь, очевидно, ждут перемен. Команду нужно обновлять и насколько?

— Я не настроен на это, надо сначала посмотреть, что за люди. Просто механическая замена — бессмысленна. Вообще, моя концепция такова: надо организовать работу тех, кто имеется. Я считаю, что если человека выгоняешь, то это ты виноват, что не сумел его организовать, научить. И это не его беда, а твоя. Иногда если человек неспособен на этом участке, надо ему найти приемлемое место. Формировать команду под себя — это неправильно. Руководитель должен быть менеджером. Вот в армии, например, ты приходишь командиром взвода, а у тебя солдаты — ты же не можешь их менять. Ты обязан воевать, эффективно выполнять задачу.

— Когда вы были назначены в УФСКН Свердловской области, вернувшись с Ямала, насколько вы серьезно поменяли команду?

— Не сильно. Более того, лично я никому не говорил: «Уходи». Кто-то уходил на повышение, кто-то — на пенсию.

— К чему готовиться вашим подчиненным, какой у вас график работы, будут ли они спать вообще?

— Почему нет? Я считаю, главное — результаты работы, а не формализованные вещи — с 9 до 18. Сам я прихожу довольно рано. Задерживаюсь, если есть необходимость. Считаю, что рабочее время надо расходовать эффективно. Тогда остается время и на решение личных вопросов, на семью, на занятия спортом. Личностный фактор для меня немаловажен.

— Вы в спортзал сколько раз ходите?

— Каждый день. Тренировка длится час-час-пятнадцать. У меня уже выработана система. Я мастер спорта по рукопашному бою, чемпион ВДВ СССР.

Всероссийская научно-практическая конференция ФСКН и Верховного суда РФ в Облсуде. Екатеринбург, коган михаил
Фото:

— Долго ли вы думали, когда получили предложение о новой должности? Вас в Екатеринбурге что-то держало?

— Такое предложение — для меня высокое доверие, и я почту за честь выполнять эти задачи.

— А вас не смущает то, что придется снять погоны?

— Если для страны это надо, значит, я сниму погоны, и вопросов нет. А понадобится, по новой надену.

— Вы же боевой генерал, да? Были в боевых командировках в Чечне?

— Да. Выполнял поставленные задачи. Для видения общей ситуации этот опыт важен.

— В ваши обязанности будут входить борьба с коррупцией, контроль чиновников, контроль подозрительных контрактов. Как вы считаете, есть какой-то универсальный рецепт борьбы со взяточничеством и злоупотреблениями?

— Противодействие коррупции — это комплекс мер, процесс, в котором задействованы многие структуры. Административные рычаги, конечно, работают. Контроль необходим. И ни в коем случае нельзя ослаблять хватку. А универсальных рецептов ни в одной стране мира, думаю, нет. В Китае, например, даже стреляют коррупционеров. Толк какой-то есть, но это не искоренило проблему целиком. Около года назад мы были в Хабаровске, на совещании с китайцами, с пограничными территориями Хабаровского края. Они рассказывали: коррупцией в Китае занимается полиция. Сотнями их выловят, расстреляют, а уменьшается ли поток? Нет.

— Когда вы работали на Ямале, сталкивались ли с коррупционными проявлениями и как боролись?

— Служба собственной безопасности существовала. Старались выявлять на ранней стадии, лишать человека условий, при которых возможны коррупционные действия. Нет условий — нет и коррупциогенного фактора.

Интервью Михаила Когана. Екатеринбург, коган михаил
Фото:

— На Севере высокие зарплаты. Как думаете, это как-то влияет на уровень коррупции?

— Достойная зарплата уменьшает степень коррумпированности. Это — несомненно.

— Вы за рулем ездите?

— Да.

— Сталкиваетесь с бытовой коррупцией на дорогах, иначе говоря, сотрудники ГАИ просили у вас взятку?

— Нет.

— Мотивация в работе для подчиненных, как вы думаете, какая должна быть?

— Непопулярное скажу, но, на мой взгляд, это в не малой степени определяется требовательностью руководителя. Еще — желание работать.

— А для вас лучшая мотивация — это что?

— Наверное, полезность.

— Давайте еще немного поговорим про ваши должностные обязанности. ЧС и предупреждение опасных и аварийных ситуаций — это абсолютно новая сфера?

— Не совсем новая. В свое время МЧС в систему МВД входило. С предметом я знаком, механизмы работы известны.

— Военное направление тоже вы будете курировать?

— Военное направление — это Министерство обороны курирует. Мобилизационную подготовку — да. Но поскольку в округе будут формироваться подразделения арктических войск, то будем, несомненно, работать в контакте и с оборонным ведомством. У новых формирований в Арктике есть глобальные задачи — защита арктических рубежей России. Ямал — стратегический регион. Для нас вопрос обороны очень важен.

— А если говорить про пограничные задачи. «Межнациональный вопрос» стоит достаточно остро в некоторых городах, в том числе, в Новом Уренгое. Вы этот вопрос изучали?

— Изучал, вылетал на место в свое время. Возглавлял оперативный штаб. Хочу заметить, что в Новом Уренгое нет «межнациональных вопросов». Есть конфликты бытового характера, в которых участвуют граждане разных национальностей.

Преступность среди мигрантов — это другой вопрос. Они работают во всех крупных нефтегазовых городах. Проблем хватает. Мониторинг ситуации идёт постоянно. Губернатор ставит задачу, и это его особый контроль — сохранение социальной стабильности и межнационального согласия.

— Поэтому и ОМОН появился...

— В том числе и поэтому. Это большая заслуга Дмитрия Николаевича. Я знаю, что жители хорошо оценивают работу ОМОНа и даже просят сформировать такую структуру в других городах.

— А усиливать каким-то образом надо силовые структуры?

— Не готов сейчас сказать. Надо проехать по округу и посмотреть. В поселке Харп, например, это Приуральский район Ямала, сократили участкового, жители просят вернуть. Есть и другие вопросы по региону. Будем разбираться.

— Еще одна особенность Ямала — это колонии. Как вы думаете, это как-то на безопасности отражается? С этим нужно работать, или ФСИН — это достаточно самостоятельное ведомство?

— Я работаю со всеми. Это, конечно, достаточно закрытая система, но все-таки она внимания требует к себе. Потому что дело даже не в режиме содержания, а в том, что, с учетом средств коммуникации, осужденные умудряются оттуда какими-то процессами руководить, мошенничеством заниматься. Вот это проблема.

Бывшего главу УФСКН Свердловской области Михаила Кагана на Ямал позвал Дмитрий Кобылкин: силовик работал с губернатором несколько лет назад, когда возглавлял аналогичное управление в автономии. 22 июня стал для Кагана первым рабочим днем в должности замгубернатора в Салехарде. «URA.Ru» удалось получить первое блиц-интервью нового члена «команды Кобылкина». — Михаил Дмитриевич, какие у вас задачи в новой должности? — Задачи мне поставил губернатор. Функционал тот же — взаимодействие с федеральными органами власти, в том числе по противодействию коррупции, профилактика и ликвидация чрезвычайных ситуаций, межнациональные и межэтнические отношения. К ключевым также отношу реализацию Стратегии развития Арктики в части обеспечения национальной безопасности. Эти вопросы невозможно решать без тесного взаимодействия с федеральными структурами. — Вы будете курировать, в том числе, работу силовых структур. Знакомы ли вам проблемы взаимодействия между ведомствами — полицией и СК, полицией и прокуратурой. Может быть, даже конкуренции. — У каждого силового ведомства своя сфера деятельности. Они дополняют друг друга и работают на одну общую цель. Возможно, здоровая конкуренция присутствует, но она часто и стимулирует в работе. — Заместитель губернатора по вопросам безопасности должен обеспечивать взаимодействие и сосуществование этих структур? — Конечно, это его прямая обязанность. Значительное количество вопросов необходимо решать сообща. — Ваши подчиненные теперь, очевидно, ждут перемен. Команду нужно обновлять и насколько? — Я не настроен на это, надо сначала посмотреть, что за люди. Просто механическая замена — бессмысленна. Вообще, моя концепция такова: надо организовать работу тех, кто имеется. Я считаю, что если человека выгоняешь, то это ты виноват, что не сумел его организовать, научить. И это не его беда, а твоя. Иногда если человек неспособен на этом участке, надо ему найти приемлемое место. Формировать команду под себя — это неправильно. Руководитель должен быть менеджером. Вот в армии, например, ты приходишь командиром взвода, а у тебя солдаты — ты же не можешь их менять. Ты обязан воевать, эффективно выполнять задачу. — Когда вы были назначены в УФСКН Свердловской области, вернувшись с Ямала, насколько вы серьезно поменяли команду? — Не сильно. Более того, лично я никому не говорил: «Уходи». Кто-то уходил на повышение, кто-то — на пенсию. — К чему готовиться вашим подчиненным, какой у вас график работы, будут ли они спать вообще? — Почему нет? Я считаю, главное — результаты работы, а не формализованные вещи — с 9 до 18. Сам я прихожу довольно рано. Задерживаюсь, если есть необходимость. Считаю, что рабочее время надо расходовать эффективно. Тогда остается время и на решение личных вопросов, на семью, на занятия спортом. Личностный фактор для меня немаловажен. — Вы в спортзал сколько раз ходите? — Каждый день. Тренировка длится час-час-пятнадцать. У меня уже выработана система. Я мастер спорта по рукопашному бою, чемпион ВДВ СССР. — Долго ли вы думали, когда получили предложение о новой должности? Вас в Екатеринбурге что-то держало? — Такое предложение — для меня высокое доверие, и я почту за честь выполнять эти задачи. — А вас не смущает то, что придется снять погоны? — Если для страны это надо, значит, я сниму погоны, и вопросов нет. А понадобится, по новой надену. — Вы же боевой генерал, да? Были в боевых командировках в Чечне? — Да. Выполнял поставленные задачи. Для видения общей ситуации этот опыт важен. — В ваши обязанности будут входить борьба с коррупцией, контроль чиновников, контроль подозрительных контрактов. Как вы считаете, есть какой-то универсальный рецепт борьбы со взяточничеством и злоупотреблениями? — Противодействие коррупции — это комплекс мер, процесс, в котором задействованы многие структуры. Административные рычаги, конечно, работают. Контроль необходим. И ни в коем случае нельзя ослаблять хватку. А универсальных рецептов ни в одной стране мира, думаю, нет. В Китае, например, даже стреляют коррупционеров. Толк какой-то есть, но это не искоренило проблему целиком. Около года назад мы были в Хабаровске, на совещании с китайцами, с пограничными территориями Хабаровского края. Они рассказывали: коррупцией в Китае занимается полиция. Сотнями их выловят, расстреляют, а уменьшается ли поток? Нет. — Когда вы работали на Ямале, сталкивались ли с коррупционными проявлениями и как боролись? — Служба собственной безопасности существовала. Старались выявлять на ранней стадии, лишать человека условий, при которых возможны коррупционные действия. Нет условий — нет и коррупциогенного фактора. — На Севере высокие зарплаты. Как думаете, это как-то влияет на уровень коррупции? — Достойная зарплата уменьшает степень коррумпированности. Это — несомненно. — Вы за рулем ездите? — Да. — Сталкиваетесь с бытовой коррупцией на дорогах, иначе говоря, сотрудники ГАИ просили у вас взятку? — Нет. — Мотивация в работе для подчиненных, как вы думаете, какая должна быть? — Непопулярное скажу, но, на мой взгляд, это в не малой степени определяется требовательностью руководителя. Еще — желание работать. — А для вас лучшая мотивация — это что? — Наверное, полезность. — Давайте еще немного поговорим про ваши должностные обязанности. ЧС и предупреждение опасных и аварийных ситуаций — это абсолютно новая сфера? — Не совсем новая. В свое время МЧС в систему МВД входило. С предметом я знаком, механизмы работы известны. — Военное направление тоже вы будете курировать? — Военное направление — это Министерство обороны курирует. Мобилизационную подготовку — да. Но поскольку в округе будут формироваться подразделения арктических войск, то будем, несомненно, работать в контакте и с оборонным ведомством. У новых формирований в Арктике есть глобальные задачи — защита арктических рубежей России. Ямал — стратегический регион. Для нас вопрос обороны очень важен. — А если говорить про пограничные задачи. «Межнациональный вопрос» стоит достаточно остро в некоторых городах, в том числе, в Новом Уренгое. Вы этот вопрос изучали? — Изучал, вылетал на место в свое время. Возглавлял оперативный штаб. Хочу заметить, что в Новом Уренгое нет «межнациональных вопросов». Есть конфликты бытового характера, в которых участвуют граждане разных национальностей. Преступность среди мигрантов — это другой вопрос. Они работают во всех крупных нефтегазовых городах. Проблем хватает. Мониторинг ситуации идёт постоянно. Губернатор ставит задачу, и это его особый контроль — сохранение социальной стабильности и межнационального согласия. — Поэтому и ОМОН появился... — В том числе и поэтому. Это большая заслуга Дмитрия Николаевича. Я знаю, что жители хорошо оценивают работу ОМОНа и даже просят сформировать такую структуру в других городах. — А усиливать каким-то образом надо силовые структуры? — Не готов сейчас сказать. Надо проехать по округу и посмотреть. В поселке Харп, например, это Приуральский район Ямала, сократили участкового, жители просят вернуть. Есть и другие вопросы по региону. Будем разбираться. — Еще одна особенность Ямала — это колонии. Как вы думаете, это как-то на безопасности отражается? С этим нужно работать, или ФСИН — это достаточно самостоятельное ведомство? — Я работаю со всеми. Это, конечно, достаточно закрытая система, но все-таки она внимания требует к себе. Потому что дело даже не в режиме содержания, а в том, что, с учетом средств коммуникации, осужденные умудряются оттуда какими-то процессами руководить, мошенничеством заниматься. Вот это проблема.
Комментарии ({{items[0].comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
{{item.comments_count}}

  • {{a.id?a.name:a.author}}
{{inside_publication.title}}
{{inside_publication.description}}
Предыдущий материал
Следующий материал
подписаться
на сюжет
укажите ваш
e-mail
спасибо
Комментарии ({{item.comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
Загрузка...