Вы зашли на мобильную версию сайта
Перейти на версию для ПК
6

Генералам ХМАО придется подчиниться Комаровой. Иначе — народный бунт

Силовики и чиновники играют по разным нотам. Как следствие — череда трагедий. Что делать
2018 год бросает Наталье Комаровой новый вызов: ей предстоит стать бесспорной хозяйкой Югры Фото:

В праздники Югра пережила новую серию ДТП, в которых погибло 13 человек, из них четверо — дети. Катастрофа начала 2018 года бросила вызов не только ГИБДД, но и правительству региона. Очевидная неспособность силовиков переломить ситуацию со смертями на дороге вновь ударила по репутации руководства автономного округа. В России принято считать, что именно гражданская власть отвечает за все, что происходит на подведомственной ей территории.

Особо это очевидно на фоне мрачной повестки ушедшего 2017-го, когда администрации ХМАО пришлось бороться с последствиями трех наиболее резонансных трагедий, поставивших под сомнение фундаментальные вопросы безопасности — ДТП с массовой гибелью детей, сургутской резней, столкновением пассажирского поезда с самосвалом под Нижневартовском.

Родители погибших в аварии детей более не верят власти, а ищут справедливости на уличных акциях протеста
Фото:

При этом конец 2016 года не предвещал команде Натальи Комаровой серьезных потрясений. Региональные власти провели сложные многоуровневые выборы в Госдуму, региональный парламент и муниципальные представительные органы власти, выдвинули своих представителей в Совет Федерации. Стратегические государственные цели были достигнуты — явка составила 38,1%, на всех уровнях большинство получили представители «Единой России». Традиционно под конец года циркулировали слухи об уходе главы региона с поста, но они, также ожидаемо, не подтвердились.

Ситуация кардинально изменилась менее чем за месяц до 2017-го, когда в автокатастрофе с автобусом разбилась сборная Нефтеюганска по спортивной акробатике. Несовершеннолетние спортсмены и их тренеры возвращались домой с соревнований. Погибло 10 детей и двое взрослых. Произошедшее сломало матрицу безопасности, внутри которой привыкли находиться югорчане — шокированное общество искало виновных в трагическом стечении обстоятельств, требовало от власти решительных действий, а еще больше гарантий, что подобное не повторится.

Катастрофа с погибшими в ДТП детьми задала соответствующий лейтмотив отношениям между обществом и властью.

Последующие события, уже 2017 года, лишь актуализировали вопрос — способно ли государство защитить жизнь человека? Наиболее активно укреплению атмосферы недоверия способствовала резня, которую устроил в центре Сургута религиозный фанатик Артур Гаджиев. 19-летний юноша принес клятву главарю запрещенной в России ИГИЛ Абу Бакру аль-Багдади, и, вооружившись ножом и топором, отправился резать случайных прохожих. От действий радикала пострадали восемь человек, сам он был уничтожен.

Столкновение грузовика с поездом. ХМАО
Груженный песком грузовик буквально протаранил пассажирский состав. Напуганные резней в Сургуте югорчане поначалу решили: снова теракт
Фото:

Всего три недели спустя на железнодорожном переезде «Мыхпайский» в пассажирский поезд Нижневартовск-Адлер на полном ходу врезался грузовик Iveco, груженный песком. В поезде находились более 260 человек, в том числе, дети. В результате аварии погибло два человека, еще 18 получили телесные повреждения различной тяжести. Одной из пассажирок оторвало ногу.

Власти пытались купировать скандалы, возникающие один за другим в течение года. В истории с погибшими детьми помимо водителей автобуса и тягача Марата Зайнуллина и Раиля Саитханова ответственными за трагедию были определены владелец пассажирского транспорта Александр Сидорук, а также директор спортшколы «Сибиряк» Ирина Тарасова. Все четверо оказались в тюрьме. Кадры с людьми за решеткой, не понимающими, что происходит, облетели страну. Так система сняла самую первую точку кипения — дала толпе крови, которую та требовала.

Параллельно власти округа объявили ревизию в системе спорта, анонсировали перепрофилирование окружного предприятия «СеверАвтоТранс», направили на федеральный уровень пакет поправок в законы и нормы, призванные ужесточить правила перевозки несовершеннолетних, в том числе — обязать ГИБДД предоставлять автобусам с детьми машину сопровождения. В Москве, однако, предложения поддержку не получили. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, комментируя соответствующий вопрос, пояснил, что действующие правила и так строгие, просто следует им соответствовать.

Также системно администрация Натальи Комаровой отреагировала на аварию на железнодорожном переезде. Губернатор лично прилетела в Нижневартовск в день трагедии, встретилась с пострадавшими. На следующий день глава региона выступила инициатором переговоров с РЖД по вопросу структурного пересмотра мер безопасности, применяемых на железнодорожных переездах. Сейчас стороны находятся в диалоге.

Клипарты. Сургут, комарова наталья, баранов максим, фсб по хмао
Силовики заставляли чиновников скрывать правду о Сургуте до последнего. Инцидент стоил должности главному чекисту ХМАО Максиму Баранову (на фото)
Фото:

После сургутской резни власти округа усилили работу с национальными и религиозными организациями и усилили пропаганду в подконтрольных СМИ. Задача была сформировать в головах населения образ, согласно которому Югра является благополучным в этнических вопросах регионом. Однако основная схватка за умы югорчан была проиграна еще в первые дни после нападения фанатика. В тот момент, когда общество требовало четкого и убедительного ответа на вопрос «что произошло?», все ответственные структуры молчали.

Из-за отсутствия официальной информации людьми овладели паника и страх, стремительно распространяющиеся в социальных сетях. У правительства не оказалось ни административных, ни технических возможностей, чтобы ответить на этот вызов.

Примечательно, что силовики в конце года все-таки признали резню терактом, хотя еще летом требовали от властей ХМАО тотального молчания о причинах трагедии. Сейчас данный шаг выглядит как насмешка.

По итогам 2017 года государству в конкретно взятой Югре не удалось вернуть к себе подорванное доверие общества. В этом можно убедиться на самом первом примере, с которого началась плеяда испытаний для губернатора и его команды — деле о гибели детей. В ходе процесса судья Людмила Блашкова освободила из-под стражи главного обвиняемого — водителя грузовика Раиля Саитханова.

Ежегодная итоговая пресс-конференция президента РФ Владимира Путина. Москва, плакаты, путин владимир, вопросы путину, пресс-конференция президента рф
Путин — единственный российский политик, которому пока всецело доверяют югорчане. Но вера властям тает на глазах
Фото:

Данный факт вызвал шквал возмущения у пострадавшей стороны. Родители погибших спортсменов организовали уличную акцию протеста, где потребовали пересмотреть обвинение Саитханову, а также в целом вернуть дело на дорасследование. Но суд отказал пострадавшим. Родители записали видеообращение к кандидату в президенты России Владимиру Путину, в котором попросили национального лидера о помощи, как последнюю инстанцию.

Ключевое звено в цепочке описанных событий — силовики. Во многом именно из-за действий представителей правоохранительных органов правительство Комаровой регулярно в течение года оказывалось между молотом и наковальней. В случае с ДТП — это крайне слабое обвинение, предъявленное фигурантам дела, а также отсутствие на скамье подсудимых других причастных лиц. Например, ответственных за организацию соревнований чиновников, владельцев груза, а также сотрудников ГИБДД, позволивших водителю грузовика ездить без прав, и закрывших глаза на другие нарушения.

2018 год ставит перед Натальей Комаровой и ее правительством новый вызов — губернатору предстоит стать не просто руководителем органов исполнительной власти, а безусловным лидером Югры.

Конкретно: взять на себя координацию действий силовых структур. Сегодня эта мегалитическая задача выглядит неосуществимой на практике. Официальных полномочий для оказания влияния на силовиков у Комаровой нет — погоны относятся к федеральным министерствам и службам, могут подчиняться полномочному представителю президента, но никак не губернатору.

Ежегодное обращение губернатора Югры Натальи Комаровой  к жителям ХМАО, депутатам и представителям общественности. Ханты-Мансийск, романица василий
Официально, губернаторы не вправе вмешиваться в дела правоохранителей. Но в России многие вопросы традиционно решаются «по понятиям»
Фото:

Несмотря на это, вопрос остро стоит на повестке дня. Внутренние конфликты в стане правоохранителей, их обособленная от пульса региона жизнь приводят к трагедиям, подобным сургутской. По одной из неофициальных версий, о которой ранее публично не сообщалось, теракт «проспали» именно в полиции и ФСБ, хотя контрразведчики знали об опасных увлечениях Артура Гаджиева и его круге общения. После нападения своих постов лишились руководитель службы в Югре Максим Баранов и непосредственный куратор Сургута Олег Рудиков.

Сама государственная система в России выстроена так, что ошибки правоохранительных органов, в основном работающих непублично, неизбежно разрушают позитивные начинания, предпринимаемые гражданской администрацией. Просто потому, что последние всегда на виду у общества. Здесь не нужно злой воли. Достаточно просто бездействия и невнимательности. Уповать на контроль со стороны московского генералитета также бессмысленно, для них Югра — далекий и дикий край, детально следить за жизнью которого совершенно нет никакой необходимости.

Проблема может быть решена только в Ханты-Мансийске между Комаровой и руководителями главков.

Ведомственная «феодальная раздробленность» для региона более недопустима.

В праздники Югра пережила новую серию ДТП, в которых погибло 13 человек, из них четверо — дети. Катастрофа начала 2018 года бросила вызов не только ГИБДД, но и правительству региона. Очевидная неспособность силовиков переломить ситуацию со смертями на дороге вновь ударила по репутации руководства автономного округа. В России принято считать, что именно гражданская власть отвечает за все, что происходит на подведомственной ей территории. Особо это очевидно на фоне мрачной повестки ушедшего 2017-го, когда администрации ХМАО пришлось бороться с последствиями трех наиболее резонансных трагедий, поставивших под сомнение фундаментальные вопросы безопасности — ДТП с массовой гибелью детей, сургутской резней, столкновением пассажирского поезда с самосвалом под Нижневартовском. При этом конец 2016 года не предвещал команде Натальи Комаровой серьезных потрясений. Региональные власти провели сложные многоуровневые выборы в Госдуму, региональный парламент и муниципальные представительные органы власти, выдвинули своих представителей в Совет Федерации. Стратегические государственные цели были достигнуты — явка составила 38,1%, на всех уровнях большинство получили представители «Единой России». Традиционно под конец года циркулировали слухи об уходе главы региона с поста, но они, также ожидаемо, не подтвердились. Ситуация кардинально изменилась менее чем за месяц до 2017-го, когда в автокатастрофе с автобусом разбилась сборная Нефтеюганска по спортивной акробатике. Несовершеннолетние спортсмены и их тренеры возвращались домой с соревнований. Погибло 10 детей и двое взрослых. Произошедшее сломало матрицу безопасности, внутри которой привыкли находиться югорчане — шокированное общество искало виновных в трагическом стечении обстоятельств, требовало от власти решительных действий, а еще больше гарантий, что подобное не повторится. Катастрофа с погибшими в ДТП детьми задала соответствующий лейтмотив отношениям между обществом и властью. Последующие события, уже 2017 года, лишь актуализировали вопрос — способно ли государство защитить жизнь человека? Наиболее активно укреплению атмосферы недоверия способствовала резня, которую устроил в центре Сургута религиозный фанатик Артур Гаджиев. 19-летний юноша принес клятву главарю запрещенной в России ИГИЛ Абу Бакру аль-Багдади, и, вооружившись ножом и топором, отправился резать случайных прохожих. От действий радикала пострадали восемь человек, сам он был уничтожен. Всего три недели спустя на железнодорожном переезде «Мыхпайский» в пассажирский поезд Нижневартовск-Адлер на полном ходу врезался грузовик Iveco, груженный песком. В поезде находились более 260 человек, в том числе, дети. В результате аварии погибло два человека, еще 18 получили телесные повреждения различной тяжести. Одной из пассажирок оторвало ногу. Власти пытались купировать скандалы, возникающие один за другим в течение года. В истории с погибшими детьми помимо водителей автобуса и тягача Марата Зайнуллина и Раиля Саитханова ответственными за трагедию были определены владелец пассажирского транспорта Александр Сидорук, а также директор спортшколы «Сибиряк» Ирина Тарасова. Все четверо оказались в тюрьме. Кадры с людьми за решеткой, не понимающими, что происходит, облетели страну. Так система сняла самую первую точку кипения — дала толпе крови, которую та требовала. Параллельно власти округа объявили ревизию в системе спорта, анонсировали перепрофилирование окружного предприятия «СеверАвтоТранс», направили на федеральный уровень пакет поправок в законы и нормы, призванные ужесточить правила перевозки несовершеннолетних, в том числе — обязать ГИБДД предоставлять автобусам с детьми машину сопровождения. В Москве, однако, предложения поддержку не получили. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, комментируя соответствующий вопрос, пояснил, что действующие правила и так строгие, просто следует им соответствовать. Также системно администрация Натальи Комаровой отреагировала на аварию на железнодорожном переезде. Губернатор лично прилетела в Нижневартовск в день трагедии, встретилась с пострадавшими. На следующий день глава региона выступила инициатором переговоров с РЖД по вопросу структурного пересмотра мер безопасности, применяемых на железнодорожных переездах. Сейчас стороны находятся в диалоге. После сургутской резни власти округа усилили работу с национальными и религиозными организациями и усилили пропаганду в подконтрольных СМИ. Задача была сформировать в головах населения образ, согласно которому Югра является благополучным в этнических вопросах регионом. Однако основная схватка за умы югорчан была проиграна еще в первые дни после нападения фанатика. В тот момент, когда общество требовало четкого и убедительного ответа на вопрос «что произошло?», все ответственные структуры молчали. Из-за отсутствия официальной информации людьми овладели паника и страх, стремительно распространяющиеся в социальных сетях. У правительства не оказалось ни административных, ни технических возможностей, чтобы ответить на этот вызов. Примечательно, что силовики в конце года все-таки признали резню терактом, хотя еще летом требовали от властей ХМАО тотального молчания о причинах трагедии. Сейчас данный шаг выглядит как насмешка. По итогам 2017 года государству в конкретно взятой Югре не удалось вернуть к себе подорванное доверие общества. В этом можно убедиться на самом первом примере, с которого началась плеяда испытаний для губернатора и его команды — деле о гибели детей. В ходе процесса судья Людмила Блашкова освободила из-под стражи главного обвиняемого — водителя грузовика Раиля Саитханова. Данный факт вызвал шквал возмущения у пострадавшей стороны. Родители погибших спортсменов организовали уличную акцию протеста, где потребовали пересмотреть обвинение Саитханову, а также в целом вернуть дело на дорасследование. Но суд отказал пострадавшим. Родители записали видеообращение к кандидату в президенты России Владимиру Путину, в котором попросили национального лидера о помощи, как последнюю инстанцию. Ключевое звено в цепочке описанных событий — силовики. Во многом именно из-за действий представителей правоохранительных органов правительство Комаровой регулярно в течение года оказывалось между молотом и наковальней. В случае с ДТП — это крайне слабое обвинение, предъявленное фигурантам дела, а также отсутствие на скамье подсудимых других причастных лиц. Например, ответственных за организацию соревнований чиновников, владельцев груза, а также сотрудников ГИБДД, позволивших водителю грузовика ездить без прав, и закрывших глаза на другие нарушения. 2018 год ставит перед Натальей Комаровой и ее правительством новый вызов — губернатору предстоит стать не просто руководителем органов исполнительной власти, а безусловным лидером Югры. Конкретно: взять на себя координацию действий силовых структур. Сегодня эта мегалитическая задача выглядит неосуществимой на практике. Официальных полномочий для оказания влияния на силовиков у Комаровой нет — погоны относятся к федеральным министерствам и службам, могут подчиняться полномочному представителю президента, но никак не губернатору. Несмотря на это, вопрос остро стоит на повестке дня. Внутренние конфликты в стане правоохранителей, их обособленная от пульса региона жизнь приводят к трагедиям, подобным сургутской. По одной из неофициальных версий, о которой ранее публично не сообщалось, теракт «проспали» именно в полиции и ФСБ, хотя контрразведчики знали об опасных увлечениях Артура Гаджиева и его круге общения. После нападения своих постов лишились руководитель службы в Югре Максим Баранов и непосредственный куратор Сургута Олег Рудиков. Сама государственная система в России выстроена так, что ошибки правоохранительных органов, в основном работающих непублично, неизбежно разрушают позитивные начинания, предпринимаемые гражданской администрацией. Просто потому, что последние всегда на виду у общества. Здесь не нужно злой воли. Достаточно просто бездействия и невнимательности. Уповать на контроль со стороны московского генералитета также бессмысленно, для них Югра — далекий и дикий край, детально следить за жизнью которого совершенно нет никакой необходимости. Проблема может быть решена только в Ханты-Мансийске между Комаровой и руководителями главков. Ведомственная «феодальная раздробленность» для региона более недопустима.
Комментарии ({{items[0].comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
{{item.comments_count}}

  • {{a.id?a.name:a.author}}
{{inside_publication.title}}
{{inside_publication.description}}
Предыдущий материал
Следующий материал
подписаться
на сюжет
укажите ваш
e-mail
спасибо
Комментарии ({{item.comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
Загрузка...