Вы зашли на мобильную версию сайта
Перейти на версию для ПК
33

На свердловских онкобольных не хватает денег

Как и куда тратятся миллиарды на пациентов с диагнозом рак
А в настоящее время рак или подозрения на онкологию зафиксированы у 350 тысяч граждан Фото:

В Свердловской области нет денег на лечение онкобольных. На 2021 год для ТФОМС (Территориальный фонд обязательного медицинского страхования — прим.ред.) была установлена квота в размере 8 млрд рублей, но этой суммы оказалось недостаточно, сообщил URA.RU источник в медицинских кругах. Вопрос уже поднимался на совещании с министром регионального минздрава Андреем Карловым.

Торжественная церемония передачи машин скорой медицинской помощи на  Площади 1905 года. Екатеринбург
В конце октября состоялось совещание под председательством министра здравоохранения Свердловской области Андрея Карлова
Фото:

«В конце октября состоялось совещание под председательством министра здравоохранения Свердловской области Андрея Карлова, который при большом стечении руководства свердловского минздрава сказал, что нужно учиться жить по доходам. По его словам, идет очень большое потребление денег. Высокие расходы на пожизненное лекарственное обеспечение паллиативных больных дорогостоящими препаратами. Простым языком, онкологический диспансер превращается в некий дорогой паллиатив. Карлов отметил, что все затачивается под то, чтобы лечить дорогими препаратами неизлечимых пациентов», — сообщил источник.

Одни поняли слова министра как указание на то, что лечить неперспективных и безнадежных больных — не надо. Другие — как-то, что надо «отлавливать» больных на 1-2-й стадиях болезни, когда можно применить хирургический метод лечения, а не тратить деньги на дорогую химиотерапию.

Причины возникновения проблем:

  • поликлиники не справляются с потоком пациентов;
  • из-за роста больных коронавирусом на второй план были задвинуты пациенты с 1 и 2 стадиями онкологии;
  • неправильный расчет бюджета на лечение онкобольных;
  • необъяснимая закупка большой партии химпрепаратов, которые не пригодились (представители московского «Движения против рака», ссылаясь на свои источники, тоже об этом говорят, точнее — передают слова).

Областной онкологический диспансер № 2. Магнитогорск
На первом месте по заболеваемости населения России среди мужчин стоят опухоли трахеи, бронхов, легкого (17,4%), среди женщин — рак молочной железы (21,1%)
Фото:

В свердловском ТФОМСе URA.RU заявили, что никакого запроса на допфинансирование онкологии в 2020 году на 2021 год от главного специалиста этого профиля не поступало. «Объем помощи для субъекта определен федеральным нормативом (в рамках программы государственных гарантий). В соответствии с документом, плановый объем помощи по профилю „Онкология“ составил 72 346 случаев лечения в дневном и круглосуточном стационарах. На указанный масштаб помощи определен и норматив финансирования — для Свердловской области эта сумма составила 7,9 миллиарда рублей. Это — предельная величина финансирования из средств ОМС, поэтому запрос на дополнительное финансирование может быть направлен только в бюджет региона», — отметили в пресс-службе.

По мере фактического оказания медицинской помощи онкобольным комиссия по разработке территориальной программы ОМС пересматривает установленный на начало 2021 года план. «Наш субъект действительно перевыполняет объемы по онкологии. Учитывая, что объем финансирования конечен (7,9 млрд), а число случаев растет, средняя стоимость лечения одного больного оказывается ниже запланированной. Это очень важный момент, прошу обратить на него ваше внимание: это не „тариф“ и не „федеральный норматив“ — это расчетная средняя стоимость — абсолютно техническая величина, показывающая отношение объема денег к объему оказанных случаев лечения. И да, эта величина по понятным причинам снижается», — сообщили в пресс-службе ТФОМС.

Областной онкологический диспансер № 2. Магнитогорск
Статистика раковых заболеваний на территории нашей страны приводится представителями министерства здравоохранения
Фото:

Безусловно, в этой ситуации можно искусственно снизить госзаказ и просто не принимать к оплате все случаи лечения сверх установленного плана: тогда средняя стоимость будет выглядеть «красиво» — и никаких формальных претензий ни к минздраву, ни к фонду не будет. Но такое решение гарантированно снизит доступность онкологической помощи для жителей Свердловской области. Поэтому комиссия по разработке территориальной программы решила принимать к оплате всю помощь и, соответственно, балансировать тарифы, чтобы, с одной стороны, люди получали всю необходимую им помощь, а с другой — имеющихся денег хватило.

«Если бы не ковидный год, можно было бы поискать резервы в других профилях и не допустить снижения средней стоимости — однако расходы на лечение новой коронавирусной инфекции по прогнозу к концу года составят 13 миллиардов рублей: это пятая часть от всей стоимости территориальной программы ОМС — и эти деньги где-то нужно найти.

В текущих условиях онкология осталась единственным направлением, где финансовый норматив не снижен: онкослужба получит по итогам года 8,3 миллиарда рублей. Это на 400 миллионов больше, чем установлено федеральным нормативом», — поделился информатор.

Евгений Куйвашев посетил ОКБ №1. Екатеринбург
Около 30% всех случаев онкозаболеваний связаны с нездоровым питанием, недостаточной физической активностью, употреблением табака и алкоголя
Фото:

Задача органов управления здравоохранения (и отчасти — Фонда ОМС) реализовать такую организационную и тарифную политику, которая позволила бы учреждениям выполнять свою работу. Существующие способы оплаты стационарной медицинской помощи в обязательном медицинском страховании основаны на принципе клинико-статистических групп. Они предполагают «усредненную» оплату. И если, например, тарифы на какие-то схемы и виды лечения в регионе находятся чуть ниже фактических расходов, это не значит, что больница не должна проводить такое лечение. Это значит, что она перекроет «разрыв» теми случаями, где расходы больницы оказались ниже фактически получаемого тарифа ОМС.

Именно поэтому критерием «достаточности тарифа ОМС» служит не то, больше он или меньше федерального тарифа или уровня прошлого года — а то, в состоянии ли больница исполнить все свои обязательства. Объем проводимых онкологическими учреждениями закупок препаратов и уровень оплаты труда персонала (фактически — один из самых высоких в регионе) показывает, что общий объем финансирования хоть и впритык — но достаточен. Что касается ресурсов для развития, про них можно будет говорить только в постковидную пору, когда у системы здравоохранения появятся дополнительные деньги.

Травматолого-ортопедическое отделение Областной детской клинической больницы (ОДКБ) после капитального ремонта г. Екатеринбург
Около 150 тысяч человек из числа заболевших являются представителями незащищенных слоев общества или не могут позволить себе лечение
Фото:

Вопрос доступности онкологической помощи и сохранения финансовой устойчивости учреждений остается на постоянном контроле. Задолженность по счетам ОМС перед Свердловским онкологическим диспансером погашена в полном объеме, его (онкодиспансера) кредиторская задолженность до конца года будет погашена за счет средств областного бюджета. У других учреждений, оказывающих онкологическую помощь, кредиторской задолженности нет. Кроме того, министерством здравоохранения Свердловской области сейчас рассматривается возможность приобретения части химиопрепаратов за счет средств областного бюджета. Такое решение позволит ТФОМСу несколько увеличить тарифы на лечение в следующем году.

Самой действенной мерой повышения финансовой устойчивости остается работа онкослужбы по профилактике и раннему выявлению заболеваний. Сегодня доля хирургического (недорогого с точки зрения тарифов, но объективно — спасающего жизнь пациентов) лечения онкозаболеваний составляет не более 10%. Доля химиотерапевтического лечения — около 75%. При этом с каждым годом в химиотерапии используется все больше очень дорогих препаратов, которые назначаются на 3 и 4 стадиях. Они хоть и продлевают жизнь пациента, но не приводят к его радикальному излечению. И при сохранении такой идеологии оказания помощи бюджеты на онкологию будут расти опережающими темпами.

Россия входит в десятку стран с высокой заболеваемостью онкологией. На начало 2020 года в стране зарегистрировано 350 тысяч больных раком. Статистики по 2021 году пока нет.

В период с 1 февраля 2019-го по 1 февраля 2020 года в России от онкологии умерло свыше 280 тысяч человек. А в настоящее время рак или подозрения на онкологию зафиксированы у 350 тысяч россиян. Около 150 тысяч человек из числа заболевших — представители незащищенных слоев общества или не могут позволить себе лечение.

Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины. Челябинск
Риски заболеваний есть у всех людей, причем, с возрастом они увеличиваются
Фото:

На первом месте по заболеваемости населения России среди мужчин стоят опухоли трахеи, бронхов, легкого (17,4%), среди женщин — рак молочной железы (21,1%).

В структуре смертности от злокачественных новообразований лидируют опухоли органов дыхания (трахеи, бронхов, легкого), толстой кишки, желудка, молочной железы, поджелудочной железы.

В 2020 году показатель смертности от онкологии в Свердловской области составил 226,8 случая на 100 тыс. жителей, тогда как годом ранее он достигал 232 случаев на 100 тыс. человек.

В Екатеринбурге у мужчин чаще выявляются новообразования предстательной железы (15,7%), бронхолегочной системы (15,4%), ободочной кишки (8,9%). У женщин лидируют рак молочной железы (20,8%), коже (11,5%), ободочной кишки (9,1%). Среди причин смертности от онкологических заболеваний лидирует бронхолегочная система (14,5%), ободочная железа (10,6%) и молочная железа (10,3%).

Если вы хотите сообщить новость, напишите нам

Подписывайтесь на URA.RU в Google News, Яндекс.Новости и наш канал в Яндекс.Дзен. Оперативные новости вашего региона — в telegram-канале «Екатеринбург» и в viber-канале «Екатеринбург», подбор главных новостей дня — в нашей рассылке с доставкой в вашу почту.

В Свердловской области нет денег на лечение онкобольных. На 2021 год для ТФОМС (Территориальный фонд обязательного медицинского страхования — прим.ред.) была установлена квота в размере 8 млрд рублей, но этой суммы оказалось недостаточно, сообщил URA.RU источник в медицинских кругах. Вопрос уже поднимался на совещании с министром регионального минздрава Андреем Карловым. «В конце октября состоялось совещание под председательством министра здравоохранения Свердловской области Андрея Карлова, который при большом стечении руководства свердловского минздрава сказал, что нужно учиться жить по доходам. По его словам, идет очень большое потребление денег. Высокие расходы на пожизненное лекарственное обеспечение паллиативных больных дорогостоящими препаратами. Простым языком, онкологический диспансер превращается в некий дорогой паллиатив. Карлов отметил, что все затачивается под то, чтобы лечить дорогими препаратами неизлечимых пациентов», — сообщил источник. Одни поняли слова министра как указание на то, что лечить неперспективных и безнадежных больных — не надо. Другие — как-то, что надо «отлавливать» больных на 1-2-й стадиях болезни, когда можно применить хирургический метод лечения, а не тратить деньги на дорогую химиотерапию. Причины возникновения проблем: В свердловском ТФОМСе URA.RU заявили, что никакого запроса на допфинансирование онкологии в 2020 году на 2021 год от главного специалиста этого профиля не поступало. «Объем помощи для субъекта определен федеральным нормативом (в рамках программы государственных гарантий). В соответствии с документом, плановый объем помощи по профилю „Онкология“ составил 72 346 случаев лечения в дневном и круглосуточном стационарах. На указанный масштаб помощи определен и норматив финансирования — для Свердловской области эта сумма составила 7,9 миллиарда рублей. Это — предельная величина финансирования из средств ОМС, поэтому запрос на дополнительное финансирование может быть направлен только в бюджет региона», — отметили в пресс-службе. По мере фактического оказания медицинской помощи онкобольным комиссия по разработке территориальной программы ОМС пересматривает установленный на начало 2021 года план. «Наш субъект действительно перевыполняет объемы по онкологии. Учитывая, что объем финансирования конечен (7,9 млрд), а число случаев растет, средняя стоимость лечения одного больного оказывается ниже запланированной. Это очень важный момент, прошу обратить на него ваше внимание: это не „тариф“ и не „федеральный норматив“ — это расчетная средняя стоимость — абсолютно техническая величина, показывающая отношение объема денег к объему оказанных случаев лечения. И да, эта величина по понятным причинам снижается», — сообщили в пресс-службе ТФОМС. Безусловно, в этой ситуации можно искусственно снизить госзаказ и просто не принимать к оплате все случаи лечения сверх установленного плана: тогда средняя стоимость будет выглядеть «красиво» — и никаких формальных претензий ни к минздраву, ни к фонду не будет. Но такое решение гарантированно снизит доступность онкологической помощи для жителей Свердловской области. Поэтому комиссия по разработке территориальной программы решила принимать к оплате всю помощь и, соответственно, балансировать тарифы, чтобы, с одной стороны, люди получали всю необходимую им помощь, а с другой — имеющихся денег хватило. «Если бы не ковидный год, можно было бы поискать резервы в других профилях и не допустить снижения средней стоимости — однако расходы на лечение новой коронавирусной инфекции по прогнозу к концу года составят 13 миллиардов рублей: это пятая часть от всей стоимости территориальной программы ОМС — и эти деньги где-то нужно найти. В текущих условиях онкология осталась единственным направлением, где финансовый норматив не снижен: онкослужба получит по итогам года 8,3 миллиарда рублей. Это на 400 миллионов больше, чем установлено федеральным нормативом», — поделился информатор. Задача органов управления здравоохранения (и отчасти — Фонда ОМС) реализовать такую организационную и тарифную политику, которая позволила бы учреждениям выполнять свою работу. Существующие способы оплаты стационарной медицинской помощи в обязательном медицинском страховании основаны на принципе клинико-статистических групп. Они предполагают «усредненную» оплату. И если, например, тарифы на какие-то схемы и виды лечения в регионе находятся чуть ниже фактических расходов, это не значит, что больница не должна проводить такое лечение. Это значит, что она перекроет «разрыв» теми случаями, где расходы больницы оказались ниже фактически получаемого тарифа ОМС. Именно поэтому критерием «достаточности тарифа ОМС» служит не то, больше он или меньше федерального тарифа или уровня прошлого года — а то, в состоянии ли больница исполнить все свои обязательства. Объем проводимых онкологическими учреждениями закупок препаратов и уровень оплаты труда персонала (фактически — один из самых высоких в регионе) показывает, что общий объем финансирования хоть и впритык — но достаточен. Что касается ресурсов для развития, про них можно будет говорить только в постковидную пору, когда у системы здравоохранения появятся дополнительные деньги. Вопрос доступности онкологической помощи и сохранения финансовой устойчивости учреждений остается на постоянном контроле. Задолженность по счетам ОМС перед Свердловским онкологическим диспансером погашена в полном объеме, его (онкодиспансера) кредиторская задолженность до конца года будет погашена за счет средств областного бюджета. У других учреждений, оказывающих онкологическую помощь, кредиторской задолженности нет. Кроме того, министерством здравоохранения Свердловской области сейчас рассматривается возможность приобретения части химиопрепаратов за счет средств областного бюджета. Такое решение позволит ТФОМСу несколько увеличить тарифы на лечение в следующем году. Самой действенной мерой повышения финансовой устойчивости остается работа онкослужбы по профилактике и раннему выявлению заболеваний. Сегодня доля хирургического (недорогого с точки зрения тарифов, но объективно — спасающего жизнь пациентов) лечения онкозаболеваний составляет не более 10%. Доля химиотерапевтического лечения — около 75%. При этом с каждым годом в химиотерапии используется все больше очень дорогих препаратов, которые назначаются на 3 и 4 стадиях. Они хоть и продлевают жизнь пациента, но не приводят к его радикальному излечению. И при сохранении такой идеологии оказания помощи бюджеты на онкологию будут расти опережающими темпами. Россия входит в десятку стран с высокой заболеваемостью онкологией. На начало 2020 года в стране зарегистрировано 350 тысяч больных раком. Статистики по 2021 году пока нет. В период с 1 февраля 2019-го по 1 февраля 2020 года в России от онкологии умерло свыше 280 тысяч человек. А в настоящее время рак или подозрения на онкологию зафиксированы у 350 тысяч россиян. Около 150 тысяч человек из числа заболевших — представители незащищенных слоев общества или не могут позволить себе лечение. На первом месте по заболеваемости населения России среди мужчин стоят опухоли трахеи, бронхов, легкого (17,4%), среди женщин — рак молочной железы (21,1%). В структуре смертности от злокачественных новообразований лидируют опухоли органов дыхания (трахеи, бронхов, легкого), толстой кишки, желудка, молочной железы, поджелудочной железы. В 2020 году показатель смертности от онкологии в Свердловской области составил 226,8 случая на 100 тыс. жителей, тогда как годом ранее он достигал 232 случаев на 100 тыс. человек. В Екатеринбурге у мужчин чаще выявляются новообразования предстательной железы (15,7%), бронхолегочной системы (15,4%), ободочной кишки (8,9%). У женщин лидируют рак молочной железы (20,8%), коже (11,5%), ободочной кишки (9,1%). Среди причин смертности от онкологических заболеваний лидирует бронхолегочная система (14,5%), ободочная железа (10,6%) и молочная железа (10,3%).
Комментарии ({{items[0].comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
{{item.comments_count}}

  • {{a.id?a.name:a.author}}
{{inside_publication.title}}
{{inside_publication.description}}
Предыдущий материал
Следующий материал
подписаться
на сюжет
укажите ваш
e-mail
спасибо
Комментарии ({{item.comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
Загрузка...