Вы зашли на мобильную версию сайта
Перейти на версию для ПК

«В регионах есть общественники, которые попадут в списки Госдумы»

Народный фронт и Общественная палата едут в УрФО искать ЛОМов, которых прячет местная власть
Александр Бречалов совмещает, пожалуй, главные общественные позиции в стране: посты секретаря Общественной палаты и сопредседателя ОНФ Фото:

Через две недели Уральский федеральный округ вздрогнет — в этом нет сомнений. Общественная палата России соберет в Челябинске полтысячи активистов из всех регионов УрФО. Они будут обсуждать работу общественных организаций, но ожидания масштабнее: секретарь ОП РФ Александр Бречалов еще и сопредседатель Общероссийского народного фронта, в Челябинске анонсировал презентации самых ярких проектов, а значит — что-то будет. В других округах особо активных уже поддержали. Добавьте к этому поиск лидеров общественного мнения, которых ждут в Госдуме… Накануне Александр Бречалов встретился с «URA.Ru» и рассказал, что у губернаторов нет монополии на власть, почему в Екатеринбурге третируют Артюха, какой должна быть новая Госдума и почему самим фронтовикам пора перестать летать бизнес-классом.

— Вы говорили, что смотрите общественников, которые губернаторов держали бы в тонусе. И одно из основных замечаний, которые региональные элиты делают персонально в ваш адрес, что вы ищете не столько авторов идей, сколько критиков муниципальной либо региональной власти.

— Я и себе ищу критиков. Это обязательный элемент в любом успешном проекте. А зачем искать людей, которые поддерживают? Они и так в первых рядах. Другой вопрос, что за критика? Мы за конструктивную, ту, что за интересы своей территории, за свой двор. Это позволяет руководителю не бронзоветь и быть адекватным. Мне в Общественной палате повезло, здесь много действительно взрослых товарищей, которые сделали мне в начале моего пути серьезные замечания и дали рекомендации. И я их учитываю.

— Но критика становится основной темой вашей работы.

— Скорее, самой заметной. Давайте про ваш регион. Допустим, нам известно, что [губернатор Свердловской области] Евгений Куйвашев поддерживает НКО «Аистенок», причем делает это системно, долгое время, не для галочки. Молодец, и мы говорим ему за это огромное спасибо. «Аистенок» — очень важный проект, который мы сейчас будем стараться распространить на всю страну. Я уверен, что он не стал бы таким без создателей НКО, но и без главы региона он тоже не состоялся бы. Это совершенно объективный и честный кейс. И здесь и глава, и его команда — молодцы, и гражданский активист.

Есть другой сюжет — про закупки. И по Свердловской области, и по другим регионам много вопросов.

— С госзакупками, наверное, самые заметные истории. Современное медиапотребление так устроено, что эта критика звучит громче остальных. И есть мнение, что когда вы такие обвинения озвучиваете, то не только нарушителей ловите, но и ставите под сомнение всю систему власти. Когда нет простого решения на ваше громкое объявление в виде отставки виновного, то возникают вопросы к власти высшего уровня. То есть, критикуя низший слой, вы подтачиваете всю вертикаль.

— Первое. Наша работа в проекте «За честные закупки» не обязательно должна заканчиваться чьей-либо отставкой. У нас этой задачи нет. Возьмем Московскую область: это огромная территория, огромное хозяйство с очень сложной политической, управленческой картой. [Губернатору Андрею] Воробьеву сложно, и то, что он наводит порядок — большой плюс. Но это не означает, что надо забывать об огромном количестве нарушений в области госзакупок. Два одинаковых детских садика в Ногинском районе строятся за разные деньги, разными покупателями у одного поставщика в Карелии лекарства закупаются по разной цене.

МОСКВА. МЕДВЕДЕВ. Медиафорум по проектам ЕР, воробьев андрей, нарышкин сергей

Не видеть этого?

Надо понимать, что губернатор не может отследить несколько тысяч позиций по закупкам. Поэтому мы и выходим на конструктивный диалог: мы подсвечиваем, они — реагируют. Глава региона — это креатура президента, а лидер ОНФ — Владимир Владимирович Путин. Поэтому мы — в помощь. Другой вопрос, когда мы показываем, а реакции ноль или начинается агрессия со стороны губернатора. Тогда мы переходим в другой формат: не диалога, а монолога, доклада президенту. Результаты вы знаете.

— Я разговаривал с некоторыми вице-губернаторами по внутренней политике у нас на территории, и они плачут: за последние два года характер работы изменился. Тех прелестей, ради которых они шли на работу, нет, а тотальный контроль есть. Один знакомый губернатор говорит: «Если бы я сейчас имел выбор, идти в губернаторы или нет, я бы не пошел, потому что работать сложно». Вы знаете про такие настроения?

— Слышал, но ни одного бедного, несчастного губернатора я не знаю. Возможности для личной реализации есть в каждом регионе, другой вопрос, какой путь ты изберешь. Помните у Жванецкого: «Воруйте с прибылей!».

ПМЭФ-2015. Рейтинг АСИ по регионам. Губернаторы. Санкт-Петербург, минниханов рустам, орлова светлана

А зачем разводить плач Ярославны? Если работаешь честно, обладаешь достаточными компетенциями, чтобы из своей территории делать процветающую — то есть на кого равняться. В Белгородской области никто не плачет, я только что был во Владимирской области, где губернатор [Светлана] Орлова работает, как настоящий сейлз-менеджер. Она болеет за свой регион, хотя избрана на не самой простой территории, бюджет с дефицитом, но он ежегодно сокращается. Я увидел, какую презентацию региона она делает, и мне самому захотелось во Владимирской области что-то делать. А есть другие регионы, где только через губу, только в президиуме сидят и по 40 минут доклады зачитывают…

— Но этому тоже есть объяснения. Вы, по сути, ломаете настроение власти, когда губернатор от президента получил в управление территорию и имеет мандат на управление всеми процессами, монополию на власть. Вы же объявляете, что монополии нет, а есть обязательства.

— Монополии на власть нет ни у кого. Мандат, который дал народ, выбрав, а президент оказал доверие, — это огромная ответственность. Это совершенно другая парадигма, а не мандат на то, что я тут хозяин. Ты, условно говоря, эффективный топ-менеджер территории. И тебе будут благодарны люди, предприниматели и верховная власть, если у тебя из 20 с лишним миллиардов дефицита бюджета каждый год будет попять-семь миллиардов сокращаться.

И, кстати, по Владимирской области у нас тоже были замечания. Светлана Юрьевна мне обрывала телефон: «Ну что же ты мне не сказал? Я бы этих…». И ко мне есть объективные претензии и некая критика, мне тоже есть чему поучиться.

— У вас есть не только хорошие отношения с губернаторами. Вы были вынуждены заступаться за ваших активистов в ХМАО.

— И не только там. В Тверской области, кстати, глава региона пересмотрел свое отношение, и мы начинаем совместно работать. Или, допустим, [Евгений] Артюх. Те, кто его преследует, не понимают, что они тем самым поднимают его значимость и ценность для федеральной власти. Потому что федеральная власть, как обычно, смотрит: если мочат человека, значит он неудобен. А давайте разберемся, почему? Если у него повестки нет (а таких сюжетов очень много), и он спекулирует ситуацией, пытаясь нагадить губернатору в информационном поле, чтобы себя пропиарить — это плохая история.

ОНФ Евгений Артюх  Курган, артюх евгений, теребенин федор

А если у него есть повестка, которая отвечает на запрос людей, и поэтому он под ударом, значит — все, надо помогать человеку! Я могу ответственно сказать: знаю, чем занимается Евгений Артюх. Да, его сложно назвать образцовым гражданином РФ, но то, что он делает, намного лучше и эффективнее, чем работа многих депутатов Государственной Думы. А все эти сюжеты про его поездки, яхты — это реально смешно. Потому что на обратной чаше весов — его работа: выезды в регионы, контроль ситуации с детским домом и прочее.

Был один очень смешной сюжет: совещание, очень представительное, и встает одна женщина, кричит: «Сколько можно терпеть „Эхо Москвы“? Запретить!» И вот, не дай бог, вышла бы эта резолюция — в тот же день это было бы самое популярное радио. Это давно понятно. Поэтому запрещать что-то — глупость. Создавайте свой контент.

— Но при этом статус члена ОНФ или сторонника ОНФ очень размыт. Вы сознательно уходите от его формализации и в итоге тот же самый екатеринбургский блогер Белоус на конференции говорит, что нужно вернуть понятие «врага народа», и по лентам информагентств несется, что это предлагает Народный фронт. Как вы вот эту историю оцениваете?

— Две темы. Первая: формализовать статус сторонника или члена. Если вы изучали теорию массовых явлений, то наверняка знаете, что любое массовое явление, любая партия заканчивалась, когда уходила от решения проблем и ответа на запрос общества и людей в раздачу и придумывание конструкций внутрипартийных, раздачу должностей. У нас позиция, что мы не будем уходить на какие-то удостоверения, это должна быть живая конструкция с обязательной ротацией.

Лекция Ильи Белоуса и Сергея Колясникова в УрФУ. Екатеринбург, колясников сергей, белоус илья

Что касается сюжета про «врага народа». Это было мнение. Вот у него такая позиция, он — ультрапатриот. Это же не значит, что мы это сразу возьмем в повестку и будем вводить. Конечно, нет. Сколько у нас разной ерунды становится поводами? Новосибирский «Тангейзер», а шумиха с «Левиафаном», где просто работал успешный продюсер? Вырывать из контекста и переупаковывать с другим смыслом будут всегда. Я на это не обращаю внимание.

Главная задача нашей работы — повышение эффективности госрасходов, которые можно оптимизировать на 15 %. Это цифра, на которую мы сейчас вышли, и она сошлась с цифрой [председателя Счетной палаты] Татьяны Васильевны Голиковой. Она ее назвала на Петербургском экономическом форуме. Это огромные деньги, которые можно направить в здравоохранение, на строительство перинатальных центров, детских садов, аварийное жилье и т. д. Вот это мне важно!

— Вы провели уже четыре форума в четырех округах. Челябинск будет пятым. Вы снимаете настроения. Есть понимание, на какую Госдуму 2016 года сейчас есть запрос в обществе? Это Госдума, условно говоря, людей труда, профессиональных политиков или она сформирована по отраслевому принципу, как ОП?

— Государственная Дума должна быть основной площадкой, представляющей все социальные срезы. Это, безусловно, должны быть и профессиональные политики, и представители профессиональных сообществ, и люди труда. Только в таком формате она может претендовать на представление народа. Я не вижу этого в действующей Госдуме. Это ни к кому не претензия, но, пожалуй, я не назову больше 30 депутатов, которые имеют повестку, коррелирующую с тем, что действительно интересует людей. Я вижу некоторых людей труда, которые так начали бронзоветь, что стали очень далеки от человека труда.

— У меня такие примеры есть и про фронтовиков. Вот недавно депутатом Госдумы от Свердловской области стала врач Лариса Фечина. Она тут же пересела в самолете из эконом-класса в бизнес. Это иллюстрация бронзовости или раз имеет право — пусть летает?

Интервью с Ларисой Фечиной. Екатеринбург, фечина лариса

— У нас есть инициатива, которая подведет жирную черту под этими дискуссиями. Мы в ОНФ требуем провести инвентаризацию стоимости услуг для госслужащих, для депутатов Заксобраний. Например, чтобы депутат регионального парламента мог воспользоваться бизнес-классом только при условии перелета более пяти часов или мог бы от этого отказаться. Я, например, часто летаю экономом, а разницу перечисляю НКО, чьи проекты поддерживаю. Но еще есть практика, что депутаты не только бизнес-классом летают, но еще и ВИП-залы себе снимают. Или какой-нибудь департамент министерства покупает себе дорогой служебный автомобиль. Зачем?

— В середине августа Общественная палата проведет форум в Челябинске. Это совпадает с политической дискуссией о будущих выборах в Госдуму. Уже несколько партий объявили, что не будут создавать списки по числу регионов, а составят такие надрегиональные группы. Вы видите общественников, которые могли бы претендовать на места в таких вот надрегиональных группах? Есть ли в стране сильные общественники, которых могли бы выбирать жители нескольких регионов?

— Да, безусловно. И они будут в этих списках. В проекте «Перспектива» мы таких лидеров общественного мнения будем презентовать и поддерживать.

Больше новостей — в нашем телеграм-канале URA.RU
Подписаться
Через две недели Уральский федеральный округ вздрогнет — в этом нет сомнений. Общественная палата России соберет в Челябинске полтысячи активистов из всех регионов УрФО. Они будут обсуждать работу общественных организаций, но ожидания масштабнее: секретарь ОП РФ Александр Бречалов еще и сопредседатель Общероссийского народного фронта, в Челябинске анонсировал презентации самых ярких проектов, а значит — что-то будет. В других округах особо активных уже поддержали. Добавьте к этому поиск лидеров общественного мнения, которых ждут в Госдуме… Накануне Александр Бречалов встретился с «URA.Ru» и рассказал, что у губернаторов нет монополии на власть, почему в Екатеринбурге третируют Артюха, какой должна быть новая Госдума и почему самим фронтовикам пора перестать летать бизнес-классом. — Вы говорили, что смотрите общественников, которые губернаторов держали бы в тонусе. И одно из основных замечаний, которые региональные элиты делают персонально в ваш адрес, что вы ищете не столько авторов идей, сколько критиков муниципальной либо региональной власти. — Я и себе ищу критиков. Это обязательный элемент в любом успешном проекте. А зачем искать людей, которые поддерживают? Они и так в первых рядах. Другой вопрос, что за критика? Мы за конструктивную, ту, что за интересы своей территории, за свой двор. Это позволяет руководителю не бронзоветь и быть адекватным. Мне в Общественной палате повезло, здесь много действительно взрослых товарищей, которые сделали мне в начале моего пути серьезные замечания и дали рекомендации. И я их учитываю. — Но критика становится основной темой вашей работы. — Скорее, самой заметной. Давайте про ваш регион. Допустим, нам известно, что [губернатор Свердловской области] Евгений Куйвашев поддерживает НКО «Аистенок», причем делает это системно, долгое время, не для галочки. Молодец, и мы говорим ему за это огромное спасибо. «Аистенок» — очень важный проект, который мы сейчас будем стараться распространить на всю страну. Я уверен, что он не стал бы таким без создателей НКО, но и без главы региона он тоже не состоялся бы. Это совершенно объективный и честный кейс. И здесь и глава, и его команда — молодцы, и гражданский активист. Есть другой сюжет — про закупки. И по Свердловской области, и по другим регионам много вопросов. — С госзакупками, наверное, самые заметные истории. Современное медиапотребление так устроено, что эта критика звучит громче остальных. И есть мнение, что когда вы такие обвинения озвучиваете, то не только нарушителей ловите, но и ставите под сомнение всю систему власти. Когда нет простого решения на ваше громкое объявление в виде отставки виновного, то возникают вопросы к власти высшего уровня. То есть, критикуя низший слой, вы подтачиваете всю вертикаль. — Первое. Наша работа в проекте «За честные закупки» не обязательно должна заканчиваться чьей-либо отставкой. У нас этой задачи нет. Возьмем Московскую область: это огромная территория, огромное хозяйство с очень сложной политической, управленческой картой. [Губернатору Андрею] Воробьеву сложно, и то, что он наводит порядок — большой плюс. Но это не означает, что надо забывать об огромном количестве нарушений в области госзакупок. Два одинаковых детских садика в Ногинском районе строятся за разные деньги, разными покупателями у одного поставщика в Карелии лекарства закупаются по разной цене. Не видеть этого? Надо понимать, что губернатор не может отследить несколько тысяч позиций по закупкам. Поэтому мы и выходим на конструктивный диалог: мы подсвечиваем, они — реагируют. Глава региона — это креатура президента, а лидер ОНФ — Владимир Владимирович Путин. Поэтому мы — в помощь. Другой вопрос, когда мы показываем, а реакции ноль или начинается агрессия со стороны губернатора. Тогда мы переходим в другой формат: не диалога, а монолога, доклада президенту. Результаты вы знаете. — Я разговаривал с некоторыми вице-губернаторами по внутренней политике у нас на территории, и они плачут: за последние два года характер работы изменился. Тех прелестей, ради которых они шли на работу, нет, а тотальный контроль есть. Один знакомый губернатор говорит: «Если бы я сейчас имел выбор, идти в губернаторы или нет, я бы не пошел, потому что работать сложно». Вы знаете про такие настроения? — Слышал, но ни одного бедного, несчастного губернатора я не знаю. Возможности для личной реализации есть в каждом регионе, другой вопрос, какой путь ты изберешь. Помните у Жванецкого: «Воруйте с прибылей!». А зачем разводить плач Ярославны? Если работаешь честно, обладаешь достаточными компетенциями, чтобы из своей территории делать процветающую — то есть на кого равняться. В Белгородской области никто не плачет, я только что был во Владимирской области, где губернатор [Светлана] Орлова работает, как настоящий сейлз-менеджер. Она болеет за свой регион, хотя избрана на не самой простой территории, бюджет с дефицитом, но он ежегодно сокращается. Я увидел, какую презентацию региона она делает, и мне самому захотелось во Владимирской области что-то делать. А есть другие регионы, где только через губу, только в президиуме сидят и по 40 минут доклады зачитывают… — Но этому тоже есть объяснения. Вы, по сути, ломаете настроение власти, когда губернатор от президента получил в управление территорию и имеет мандат на управление всеми процессами, монополию на власть. Вы же объявляете, что монополии нет, а есть обязательства. — Монополии на власть нет ни у кого. Мандат, который дал народ, выбрав, а президент оказал доверие, — это огромная ответственность. Это совершенно другая парадигма, а не мандат на то, что я тут хозяин. Ты, условно говоря, эффективный топ-менеджер территории. И тебе будут благодарны люди, предприниматели и верховная власть, если у тебя из 20 с лишним миллиардов дефицита бюджета каждый год будет попять-семь миллиардов сокращаться. И, кстати, по Владимирской области у нас тоже были замечания. Светлана Юрьевна мне обрывала телефон: «Ну что же ты мне не сказал? Я бы этих…». И ко мне есть объективные претензии и некая критика, мне тоже есть чему поучиться. — У вас есть не только хорошие отношения с губернаторами. Вы были вынуждены заступаться за ваших активистов в ХМАО. — И не только там. В Тверской области, кстати, глава региона пересмотрел свое отношение, и мы начинаем совместно работать. Или, допустим, [Евгений] Артюх. Те, кто его преследует, не понимают, что они тем самым поднимают его значимость и ценность для федеральной власти. Потому что федеральная власть, как обычно, смотрит: если мочат человека, значит он неудобен. А давайте разберемся, почему? Если у него повестки нет (а таких сюжетов очень много), и он спекулирует ситуацией, пытаясь нагадить губернатору в информационном поле, чтобы себя пропиарить — это плохая история. А если у него есть повестка, которая отвечает на запрос людей, и поэтому он под ударом, значит — все, надо помогать человеку! Я могу ответственно сказать: знаю, чем занимается Евгений Артюх. Да, его сложно назвать образцовым гражданином РФ, но то, что он делает, намного лучше и эффективнее, чем работа многих депутатов Государственной Думы. А все эти сюжеты про его поездки, яхты — это реально смешно. Потому что на обратной чаше весов — его работа: выезды в регионы, контроль ситуации с детским домом и прочее. Был один очень смешной сюжет: совещание, очень представительное, и встает одна женщина, кричит: «Сколько можно терпеть „Эхо Москвы“? Запретить!» И вот, не дай бог, вышла бы эта резолюция — в тот же день это было бы самое популярное радио. Это давно понятно. Поэтому запрещать что-то — глупость. Создавайте свой контент. — Но при этом статус члена ОНФ или сторонника ОНФ очень размыт. Вы сознательно уходите от его формализации и в итоге тот же самый екатеринбургский блогер Белоус на конференции говорит, что нужно вернуть понятие «врага народа», и по лентам информагентств несется, что это предлагает Народный фронт. Как вы вот эту историю оцениваете? — Две темы. Первая: формализовать статус сторонника или члена. Если вы изучали теорию массовых явлений, то наверняка знаете, что любое массовое явление, любая партия заканчивалась, когда уходила от решения проблем и ответа на запрос общества и людей в раздачу и придумывание конструкций внутрипартийных, раздачу должностей. У нас позиция, что мы не будем уходить на какие-то удостоверения, это должна быть живая конструкция с обязательной ротацией. Что касается сюжета про «врага народа». Это было мнение. Вот у него такая позиция, он — ультрапатриот. Это же не значит, что мы это сразу возьмем в повестку и будем вводить. Конечно, нет. Сколько у нас разной ерунды становится поводами? Новосибирский «Тангейзер», а шумиха с «Левиафаном», где просто работал успешный продюсер? Вырывать из контекста и переупаковывать с другим смыслом будут всегда. Я на это не обращаю внимание. Главная задача нашей работы — повышение эффективности госрасходов, которые можно оптимизировать на 15 %. Это цифра, на которую мы сейчас вышли, и она сошлась с цифрой [председателя Счетной палаты] Татьяны Васильевны Голиковой. Она ее назвала на Петербургском экономическом форуме. Это огромные деньги, которые можно направить в здравоохранение, на строительство перинатальных центров, детских садов, аварийное жилье и т. д. Вот это мне важно! — Вы провели уже четыре форума в четырех округах. Челябинск будет пятым. Вы снимаете настроения. Есть понимание, на какую Госдуму 2016 года сейчас есть запрос в обществе? Это Госдума, условно говоря, людей труда, профессиональных политиков или она сформирована по отраслевому принципу, как ОП? — Государственная Дума должна быть основной площадкой, представляющей все социальные срезы. Это, безусловно, должны быть и профессиональные политики, и представители профессиональных сообществ, и люди труда. Только в таком формате она может претендовать на представление народа. Я не вижу этого в действующей Госдуме. Это ни к кому не претензия, но, пожалуй, я не назову больше 30 депутатов, которые имеют повестку, коррелирующую с тем, что действительно интересует людей. Я вижу некоторых людей труда, которые так начали бронзоветь, что стали очень далеки от человека труда. — У меня такие примеры есть и про фронтовиков. Вот недавно депутатом Госдумы от Свердловской области стала врач Лариса Фечина. Она тут же пересела в самолете из эконом-класса в бизнес. Это иллюстрация бронзовости или раз имеет право — пусть летает? — У нас есть инициатива, которая подведет жирную черту под этими дискуссиями. Мы в ОНФ требуем провести инвентаризацию стоимости услуг для госслужащих, для депутатов Заксобраний. Например, чтобы депутат регионального парламента мог воспользоваться бизнес-классом только при условии перелета более пяти часов или мог бы от этого отказаться. Я, например, часто летаю экономом, а разницу перечисляю НКО, чьи проекты поддерживаю. Но еще есть практика, что депутаты не только бизнес-классом летают, но еще и ВИП-залы себе снимают. Или какой-нибудь департамент министерства покупает себе дорогой служебный автомобиль. Зачем? — В середине августа Общественная палата проведет форум в Челябинске. Это совпадает с политической дискуссией о будущих выборах в Госдуму. Уже несколько партий объявили, что не будут создавать списки по числу регионов, а составят такие надрегиональные группы. Вы видите общественников, которые могли бы претендовать на места в таких вот надрегиональных группах? Есть ли в стране сильные общественники, которых могли бы выбирать жители нескольких регионов? — Да, безусловно. И они будут в этих списках. В проекте «Перспектива» мы таких лидеров общественного мнения будем презентовать и поддерживать.
Комментарии ({{items[0].comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
{{item.comments_count}}

  • {{a.id?a.name:a.author}}
{{inside_publication.title}}
{{inside_publication.description}}
Предыдущий материал
Следующий материал
подписаться
на сюжет
укажите ваш
e-mail
спасибо
Комментарии ({{item.comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
Загрузка...