Вы зашли на мобильную версию сайта
Перейти на версию для ПК
19

Какими будут российские чиновники через 10 лет

Интервью директора президентской академии на Урале, как власть будет менять свой имидж
Новый директор начал общение с экскурсии по институту Фото:

Современные чиновники дают немало поводов для критики. По данным «Левада-Центра», на начало 2019 года 52% россиян считали, что чиновники лгут о положении дел в стране, в 2018 таковых было 37%. На фоне снижающегося доверия к власти и росте протестных настроений в стране «URA.RU» обсуждает с директором Уральского института управления — филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы Русланом Долженко, каким должен быть чиновник будущего. Менеджер рассказывает, как создать прогрессивный вуз на базе старой партийной школы, побороть коррупцию и вырастить госслужащего, отвечающего запросам современного общества.

— Вы застали несколько правителей и были свидетелем смены эпох. Какими были чиновники прошлого и какими вы видите их через 10 лет?

— Я застал времена Советского Союза, помню, как сидел на уроке истории, и учитель, которая до этого говорила, какой Ленин хороший, вдруг стала рассказывать, как он брал деньги у немцев и убивал людей. Тогда я впервые испытал чувство внутреннего недоумения: «Как ты можешь менять свои представления так быстро и необратимо?» Это наша история, из которой нужно делать выводы. В Уральским институте управления есть горельеф, изображающий сидящих за столом Ленина и Свердлова. С 1991 года он был прикрыт шторами. Сейчас смотрю на него и понимаю, что жалюзи нужно убрать. Какими политики были и какими они будут — вопрос лично к каждому и в целом к системе. Нужно собраться органам власти, нуждающимся в конкретных специалистах, представителям общественности, которые понимают, что нужно стране, и сформулировать, каким они видят чиновника. В бизнесе все просто: эффект оценивается в рублях, в реализации стратегии, а деятельность чиновников нужно оценивать по приращению социального капитала, улучшению жизни в стране.

Интервью с Русланом Долженко. Екатеринбург
Сразу после интервью Долженко обещал убрать жалюзи
Фото:

— А каким представителя власти видите вы?

— Слово «чиновник» в восприятии населения окрашено в негативные оттенки, значит нужно менять образ, и этим мы будем заниматься тоже, но на своем уровне, работая со школьниками, студентами, выпускниками. Чиновник будущего, на мой взгляд, должен быть человеком с одной стороны, понимающим задачи руководства, с другой, помогающим людям. Это не утопия: во многих европейских странах, например, в Финляндии чиновник не просто курирует свое направление, но и отрабатывает любые запросы населения. Перед нами стоит более сложная задача: сделать также в масштабах огромной страны, но у нас и ресурсов больше, в первую очередь человеческих. Поэтому реально, чтобы было меньше бумажной волокиты и бюрократических проволочек, чтобы и простые люди, и бизнес получали от чиновника реальную поддержку, а не выслушивали нечто в духе советской торговли: «Вас много, а я одна». Добиться этого можно новыми технологиями и прогрессивным мировоззрением.

— А как планируете бороться с одной из главных проблем в современной России — коррумпированностью чиновников?

— Тем же — технологиями и мышлением. Например, банки уже сейчас умеют оценивать потенциальный уровень текучести кадров. Вы приходите на работу, вас тестируют, и компьютер выдает соображение, что на 95% вы через год уволитесь. Что мешает нам проводить процедуры, которые позволят оценить вероятность коррумпированности человека? Мы уже сейчас можем обучать студентов и слушателей этим технологиям. Но и они станут ненужными, когда мы сможем вложить в сознание чиновников недопустимость взяток. Коррупция — как та история с драконом, которого убиваешь и сам становишься драконом. Если такое происходит, значит это часть системы.

Почему многие отвернулись от того же Навального? Потому что начали приходить к пониманию, что он не предлагает изменить систему, он предлагает поменять людей, которые в рамках той же системы будут, очевидно, делать то же самое.

Если у него есть понимание как заложить в головы наших студентов другую картину мира, в которой не будет яхт, домов, «Бентли» и прочих ложных ценностей рыночной экономики, но будут семья, население страны, саморазвитие, мир, счастье близких, то почему он постоянно говорит о яхтах, домах, «Бентли»? Понятно, что он в первую очередь преследует свои цели. А мы как вуз — свои. И эти цели нужно не сталкивать лбами, а гармонизировать.

Знаете, кто первый из Свердловских чиновников зашел в мой кабинет в день, когда я был представлен коллективу? Ильхам Ширалиев — директор департамента противодействия коррупции и контроля региона. Он предложил рассмотреть возможность вхождения в состав общественного совета при департаменте. Говорить можно много и по-разному. Важно, что мы делаем при этом, какие приоритеты воплощаем с первых же шагов.

— К вузу, который готовит госслужащих, как и к самим чиновникам, больше вопросов. Ощущаете ли вы личную ответственность: лишний раз фото из отпуска в Instagram (деятельность запрещена в РФ) не выложить или дорогие часы не надеть?

— Вы видели мой телефон? (смеясь, показывает на смартфон с разбитым экраном). Он мне от жены достался. Компьютер предыдущего директора я попросил передать в пользование сотруднику, которому он нужнее, а мне удобнее работать с моего ноутбука. Вот вы сказали про дорогие часы, вспомнив не одно новостное сообщение о том, что кого-то из чиновников запечатлели в часах, стоимостью несколько годовых зарплат. Но при этом вы ведь не вспомнили о тысячах, сотнях тысяч людей, работающих в органах власти, которые обходятся простыми часами, подаренными женами на день рождения. Не об этом говорить нужно — у кого какие часы, а о том, как сделать систему эффективной ротации, отбора и обучения ответственных людей, которые готовы будут поехать в любой регион и район, чтобы выполнять свою работу безупречно.

Игорь Левитин на заседании в резиденции губернатора СО. Екатеринбург
В адрес чиновников сегодня звучит немало критики
Фото:

— Говоря о безупречности, чиновники все чаще допускают в своей речи ляпы или выкладывают дискредитирующие посты в социальных сетях? Работают ли в институте над публичным образом госслужащего?

— Есть одна притча у писателя Карлоса Кастанеды, который поехал в Мексику учиться мистическим практикам. Когда после медитации он отдыхал с доном Хуаном, тот спросил: — Карлос, представь, что ты идешь по горной тропинке, слева обрыв, справа отвесная скала, и ты видишь, что у тебя развязался шнурок. Останавливаешься завязать, а через несколько секунд на то место, где ты должен был стоять, падает камень. Тебя спасли шнурки. Что ты можешь сказать по этому поводу? — Жизнь предопределена, в любой момент шнурок может спасти. — Хорошо, а теперь представь, что булыжник падает на тебя в то время, когда ты завязываешь шнурок. — Все случайно: шнурок может спасти, а может не спасти. Может, ты, дон Хуан, знаешь, что стоит делать в условиях такой неопределенности? — Единственное, что стоит делать в условиях неопределенности — завязывать шнурки безупречно. Конечно, мы хотим, чтобы у нас были курсы на тему взаимодействия со СМИ, изучения социальных медиа. Я встречался с экспертом, который консультировал политиков и бизнесменов, помогал им с восстановлением имиджа и понял, что он может научить наших слушателей, студентов работе с медиа, навыкам публичного общения, корректному использованию возможностей социальных сетей. Уже с этого года планируем запускать обучение с его участием.

— В продолжении разговора об имидже, ваше вступление в должность сопровождалось обвинением в плагиате.

— Перед тем, как я подвергся этой атаке (а это была именно целенаправленная атака), мне поступила информация о том, что она готовится, причем за день до моего официального трудоустройства на новое место работы. Мои коллеги и руководство, зная ситуацию с моими исследованиями и деятельностью «Диссернета» намного глубже, объективно оценили произошедшее. Спасибо им за поддержку. Я пришел не бороться с прошлым, пытаться его выставить в худшем или лучшем свете (что сейчас во многом делает «Диссернет»), я пришел не говорить, а делать. Например, сделать так, чтобы мы уже сейчас могли нашим молодым ученым показать, как нужно работать, какие исследования проводить, как их описывать, как готовиться к защите диссертации и многое другое. Председатель нашего попечительского совета, полномочный представитель Президента России в Уральском федеральном округе Николай Цуканов, справедливо обозначил проблему низкой востребованности исследований ученых в регионе, которая выражается небольшим количеством выигранных заявок на гранты и рядом других показателей. Мы работаем в этом направлении.

— В последние годы скандалы с дипломами стали чем-то привычным, мы помним историю с экс-мэром Евгением Ройзманом и министром Владимиром Мединским? Откуда этот тренд и насколько стоит с ним считаться?

— В свое время в России в помощь педагогам появилась бесплатная система «Антиплагиат», но в какой-то момент ее монетизировали. А потом и научились использовать как оружие информационной войны. Причем там есть и явные перегибы, например, когда в исторических работах плагиатом считают цитаты классиков, или когда твои собственные работы при цитировании тебе же ставят в вину.

— Но нельзя не признать, что у нас есть проблемы с оригинальностью исследований.

— В конце 90-х, начале «нулевых» некоторые диссоветы, по слухам, ставили на поток изготовление кандидатских диссертаций. Мне кажется, появление «Диссернета» было обусловлено тем, что настоящие ученые в какой-то момент сказали: «Хватит. Мы реально занимаемся работой над адронным коллайдером, нас там, может, облучают какие-то частицы, а чиновник покупает себе диссертацию, и это наука»? С одной стороны, «Диссернет» делает правое дело — говорит вслух о проблемах, но то, как они это делают, мне это не импонирует, не стоит логику оценки оригинальности текста доводить до абсурда.

— В УрФУ пару лет назад студентка обвинила преподавателя в том, что он запретил ей использовать в дипломной работе фильм Навального. Считаются ли в Президентской академии с политическими взглядами студентов?

— Не надо навязывать студентам определенную картину мира. Мы должны показать все его разнообразие, (что та картина мира, которая для нас является нормативной, — хорошая). У нас есть деятельные представители «Молодой гвардии» и есть студенты, не менее активные, которые не придерживаются каких-либо политических взглядов. Я им говорю: мне не принципиально от какой вы партии, мне важно, что у вас глаза горят. Можно собрать такую активную молодежь вокруг харизматичных лидеров вроде нашего выпускника Александра Геннадьевича Высокинского или полпреда Николая Николаевича Цуканова, которые входят в попечительский совет института, имеют представление, как улучшать деятельность органов власти и развивать институт наставничества. И тогда это будет не столкновение картин мира, а их наложение друг на друга в ходе совместной деятельности, обучения молодежи в нашем Институте.

Заседание в заксобрании с полпредом по нацпроектам. Екатеринбург
Долженко хотел бы подготовить кадры для команды Высокинского
Фото:

— Но в адрес Высокинского сейчас звучит много критики.

— Если в адрес чиновника — а в особенности мэра, отвечающего за коммуналку, не звучит критика — значит, он умер. Поэтому, вопрос не в количестве критики, а в том, насколько с ней согласны жители города и как реагирует власть — на «жалобу как на подарок» или на «жалобу как на жужжание мухи». У меня есть концепт проекта, который мы могли бы реализовать в сотрудничестве с командой Александра Геннадьевича уже в этом году. Не буду пока раскрывать детали, скажу только, что одним из его результатов мы бы хотели видеть вхождение одаренных, талантливых студентов в команду главы Екатеринбурга.

— В стране сейчас растут протестные настроения. Студенты активно участвуют в митингах, после чего в учебных заведениях начинаются «чистки» с угрозами отчисления. Что вы сделаете, если студент Президентской академии пойдет на оппозиционный митинг?

— Прежде всего, если это в рамках закона, то в этом ничего страшного не вижу. Наши студенты — полноценные граждане России и имеют право на собственные взгляды и убеждения. Еще раз подчеркну, если такого рода действия не нарушают общественный порядок и не противозаконны.

В противном случае я встречусь с ним и постараюсь узнать, почему он это сделал. Если таких людей будет много, я буду задавать вопрос себе: как так получилось, что в нашем вузе такое количество людей, придерживающихся противозаконных мнений.

— В России есть выражение «раздутый штат чиновников». Периодически поднимают вопросы об оптимизации и сокращении трат на госаппараты. Скажите, есть ли перспектива сокращения мест в вузах?

— Некоторые вузы стараются набирать абитуриентов по максимуму, вовсе не думая о том, что нужно рынку, а потому что это позволяет им заработать денег. В нашем институте обучается около 3 тысяч человек, и если мы будем прирастать, то не за счет агитационной работы, а за счет новых программ, которые будут интересны и востребованы. Вуз не должен заниматься деятельностью ради деятельности, надо взаимодействовать с органами власти и бизнесом и готовить студентов, которых захотят брать на работу. А по поводу раздутого штата, если есть переизбыток сотрудников, надо думать не об их увольнении, а о переподготовке на новые должности.

Интервью с Русланом Долженко. Екатеринбург
В планах у Долженко привлечь в вуз иностранных студентов и наладить обмен опытом
Фото:

— Один из главных упреков от горожан в адрес власти — нам не дают право голоса. Есть ли запрос воспитывать новое поколение чиновников, которые будут чаще практиковать опросы и общественные обсуждения?

— В первую неделю на новой должности я организовал встречу со старостами групп. Встал за кафедру и сказал: «Добрый день, уважаемые студенты, планирую выступить перед вами на тему…». Потом я этот текст убрал, и говорю: «Вы правда думаете, что я буду с вами разговаривать таким образом?» Суть в том, что встреча была для того, чтобы узнать о проблемах. Кто-то просил исправить душ в спортзале, кто-то сделать электронное расписание, была история про то, что для включения проекторов нужны пульты, а они привязаны веревкой к системному блоку. Я свозил коллег в Технический университет УГМК, показал, как там все работает, к чему стоит стремиться.

Если уже первокурсники будут видеть, что с ними коммуницируют и к ним прислушиваются, думаю, на их картине мира это отразится, и когда они пойдут работать в органы власти, то будут в первую очередь разговаривать с людьми, слушать и слышать их.

И давайте будем реалистами, развитие современных коммуникаций активно меняет ситуацию, в том числе суждение, что не дают «право голоса» — оно уже несколько устарело. Приходящие на обучение студенты уже живут в этих коммуникациях. Цифра — это не символы на экране монитора, это среда, в которой мы живем. И она позволяет делать такие вещи, которые ранее были недостижимы.

Вот я иногда смотрю на фотографию новорожденного сына на экране телефона и в голове не укладывается, что это все светодиоды, подсвеченные в зависимости от того, какой код записан в памяти. Нули и единички складываются в целостное изображение, переполненное красотой и смыслом, с помощью цифровых технологий. Разрозненные голоса жителей страны — это эти самые нолики и единички, нужно просто уметь собирать их в целостную картину. Ну, а наша задача создавать и транслировать технологии студентам, которые позволят делать изображение нашей страны немыслимо красивым.

Современные чиновники дают немало поводов для критики. По данным «Левада-Центра», на начало 2019 года 52% россиян считали, что чиновники лгут о положении дел в стране, в 2018 таковых было 37%. На фоне снижающегося доверия к власти и росте протестных настроений в стране «URA.RU» обсуждает с директором Уральского института управления — филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы Русланом Долженко, каким должен быть чиновник будущего. Менеджер рассказывает, как создать прогрессивный вуз на базе старой партийной школы, побороть коррупцию и вырастить госслужащего, отвечающего запросам современного общества. — Вы застали несколько правителей и были свидетелем смены эпох. Какими были чиновники прошлого и какими вы видите их через 10 лет? — Я застал времена Советского Союза, помню, как сидел на уроке истории, и учитель, которая до этого говорила, какой Ленин хороший, вдруг стала рассказывать, как он брал деньги у немцев и убивал людей. Тогда я впервые испытал чувство внутреннего недоумения: «Как ты можешь менять свои представления так быстро и необратимо?» Это наша история, из которой нужно делать выводы. В Уральским институте управления есть горельеф, изображающий сидящих за столом Ленина и Свердлова. С 1991 года он был прикрыт шторами. Сейчас смотрю на него и понимаю, что жалюзи нужно убрать. Какими политики были и какими они будут — вопрос лично к каждому и в целом к системе. Нужно собраться органам власти, нуждающимся в конкретных специалистах, представителям общественности, которые понимают, что нужно стране, и сформулировать, каким они видят чиновника. В бизнесе все просто: эффект оценивается в рублях, в реализации стратегии, а деятельность чиновников нужно оценивать по приращению социального капитала, улучшению жизни в стране. — А каким представителя власти видите вы? — Слово «чиновник» в восприятии населения окрашено в негативные оттенки, значит нужно менять образ, и этим мы будем заниматься тоже, но на своем уровне, работая со школьниками, студентами, выпускниками. Чиновник будущего, на мой взгляд, должен быть человеком с одной стороны, понимающим задачи руководства, с другой, помогающим людям. Это не утопия: во многих европейских странах, например, в Финляндии чиновник не просто курирует свое направление, но и отрабатывает любые запросы населения. Перед нами стоит более сложная задача: сделать также в масштабах огромной страны, но у нас и ресурсов больше, в первую очередь человеческих. Поэтому реально, чтобы было меньше бумажной волокиты и бюрократических проволочек, чтобы и простые люди, и бизнес получали от чиновника реальную поддержку, а не выслушивали нечто в духе советской торговли: «Вас много, а я одна». Добиться этого можно новыми технологиями и прогрессивным мировоззрением. — А как планируете бороться с одной из главных проблем в современной России — коррумпированностью чиновников? — Тем же — технологиями и мышлением. Например, банки уже сейчас умеют оценивать потенциальный уровень текучести кадров. Вы приходите на работу, вас тестируют, и компьютер выдает соображение, что на 95% вы через год уволитесь. Что мешает нам проводить процедуры, которые позволят оценить вероятность коррумпированности человека? Мы уже сейчас можем обучать студентов и слушателей этим технологиям. Но и они станут ненужными, когда мы сможем вложить в сознание чиновников недопустимость взяток. Коррупция — как та история с драконом, которого убиваешь и сам становишься драконом. Если такое происходит, значит это часть системы. Почему многие отвернулись от того же Навального? Потому что начали приходить к пониманию, что он не предлагает изменить систему, он предлагает поменять людей, которые в рамках той же системы будут, очевидно, делать то же самое. Если у него есть понимание как заложить в головы наших студентов другую картину мира, в которой не будет яхт, домов, «Бентли» и прочих ложных ценностей рыночной экономики, но будут семья, население страны, саморазвитие, мир, счастье близких, то почему он постоянно говорит о яхтах, домах, «Бентли»? Понятно, что он в первую очередь преследует свои цели. А мы как вуз — свои. И эти цели нужно не сталкивать лбами, а гармонизировать. Знаете, кто первый из Свердловских чиновников зашел в мой кабинет в день, когда я был представлен коллективу? Ильхам Ширалиев — директор департамента противодействия коррупции и контроля региона. Он предложил рассмотреть возможность вхождения в состав общественного совета при департаменте. Говорить можно много и по-разному. Важно, что мы делаем при этом, какие приоритеты воплощаем с первых же шагов. — К вузу, который готовит госслужащих, как и к самим чиновникам, больше вопросов. Ощущаете ли вы личную ответственность: лишний раз фото из отпуска в Instagram (деятельность запрещена в РФ) не выложить или дорогие часы не надеть? — Вы видели мой телефон? (смеясь, показывает на смартфон с разбитым экраном). Он мне от жены достался. Компьютер предыдущего директора я попросил передать в пользование сотруднику, которому он нужнее, а мне удобнее работать с моего ноутбука. Вот вы сказали про дорогие часы, вспомнив не одно новостное сообщение о том, что кого-то из чиновников запечатлели в часах, стоимостью несколько годовых зарплат. Но при этом вы ведь не вспомнили о тысячах, сотнях тысяч людей, работающих в органах власти, которые обходятся простыми часами, подаренными женами на день рождения. Не об этом говорить нужно — у кого какие часы, а о том, как сделать систему эффективной ротации, отбора и обучения ответственных людей, которые готовы будут поехать в любой регион и район, чтобы выполнять свою работу безупречно. — Говоря о безупречности, чиновники все чаще допускают в своей речи ляпы или выкладывают дискредитирующие посты в социальных сетях? Работают ли в институте над публичным образом госслужащего? — Есть одна притча у писателя Карлоса Кастанеды, который поехал в Мексику учиться мистическим практикам. Когда после медитации он отдыхал с доном Хуаном, тот спросил: — Карлос, представь, что ты идешь по горной тропинке, слева обрыв, справа отвесная скала, и ты видишь, что у тебя развязался шнурок. Останавливаешься завязать, а через несколько секунд на то место, где ты должен был стоять, падает камень. Тебя спасли шнурки. Что ты можешь сказать по этому поводу? — Жизнь предопределена, в любой момент шнурок может спасти. — Хорошо, а теперь представь, что булыжник падает на тебя в то время, когда ты завязываешь шнурок. — Все случайно: шнурок может спасти, а может не спасти. Может, ты, дон Хуан, знаешь, что стоит делать в условиях такой неопределенности? — Единственное, что стоит делать в условиях неопределенности — завязывать шнурки безупречно. Конечно, мы хотим, чтобы у нас были курсы на тему взаимодействия со СМИ, изучения социальных медиа. Я встречался с экспертом, который консультировал политиков и бизнесменов, помогал им с восстановлением имиджа и понял, что он может научить наших слушателей, студентов работе с медиа, навыкам публичного общения, корректному использованию возможностей социальных сетей. Уже с этого года планируем запускать обучение с его участием. — В продолжении разговора об имидже, ваше вступление в должность сопровождалось обвинением в плагиате. — Перед тем, как я подвергся этой атаке (а это была именно целенаправленная атака), мне поступила информация о том, что она готовится, причем за день до моего официального трудоустройства на новое место работы. Мои коллеги и руководство, зная ситуацию с моими исследованиями и деятельностью «Диссернета» намного глубже, объективно оценили произошедшее. Спасибо им за поддержку. Я пришел не бороться с прошлым, пытаться его выставить в худшем или лучшем свете (что сейчас во многом делает «Диссернет»), я пришел не говорить, а делать. Например, сделать так, чтобы мы уже сейчас могли нашим молодым ученым показать, как нужно работать, какие исследования проводить, как их описывать, как готовиться к защите диссертации и многое другое. Председатель нашего попечительского совета, полномочный представитель Президента России в Уральском федеральном округе Николай Цуканов, справедливо обозначил проблему низкой востребованности исследований ученых в регионе, которая выражается небольшим количеством выигранных заявок на гранты и рядом других показателей. Мы работаем в этом направлении. — В последние годы скандалы с дипломами стали чем-то привычным, мы помним историю с экс-мэром Евгением Ройзманом и министром Владимиром Мединским? Откуда этот тренд и насколько стоит с ним считаться? — В свое время в России в помощь педагогам появилась бесплатная система «Антиплагиат», но в какой-то момент ее монетизировали. А потом и научились использовать как оружие информационной войны. Причем там есть и явные перегибы, например, когда в исторических работах плагиатом считают цитаты классиков, или когда твои собственные работы при цитировании тебе же ставят в вину. — Но нельзя не признать, что у нас есть проблемы с оригинальностью исследований. — В конце 90-х, начале «нулевых» некоторые диссоветы, по слухам, ставили на поток изготовление кандидатских диссертаций. Мне кажется, появление «Диссернета» было обусловлено тем, что настоящие ученые в какой-то момент сказали: «Хватит. Мы реально занимаемся работой над адронным коллайдером, нас там, может, облучают какие-то частицы, а чиновник покупает себе диссертацию, и это наука»? С одной стороны, «Диссернет» делает правое дело — говорит вслух о проблемах, но то, как они это делают, мне это не импонирует, не стоит логику оценки оригинальности текста доводить до абсурда. — В УрФУ пару лет назад студентка обвинила преподавателя в том, что он запретил ей использовать в дипломной работе фильм Навального. Считаются ли в Президентской академии с политическими взглядами студентов? — Не надо навязывать студентам определенную картину мира. Мы должны показать все его разнообразие, (что та картина мира, которая для нас является нормативной, — хорошая). У нас есть деятельные представители «Молодой гвардии» и есть студенты, не менее активные, которые не придерживаются каких-либо политических взглядов. Я им говорю: мне не принципиально от какой вы партии, мне важно, что у вас глаза горят. Можно собрать такую активную молодежь вокруг харизматичных лидеров вроде нашего выпускника Александра Геннадьевича Высокинского или полпреда Николая Николаевича Цуканова, которые входят в попечительский совет института, имеют представление, как улучшать деятельность органов власти и развивать институт наставничества. И тогда это будет не столкновение картин мира, а их наложение друг на друга в ходе совместной деятельности, обучения молодежи в нашем Институте. — Но в адрес Высокинского сейчас звучит много критики. — Если в адрес чиновника — а в особенности мэра, отвечающего за коммуналку, не звучит критика — значит, он умер. Поэтому, вопрос не в количестве критики, а в том, насколько с ней согласны жители города и как реагирует власть — на «жалобу как на подарок» или на «жалобу как на жужжание мухи». У меня есть концепт проекта, который мы могли бы реализовать в сотрудничестве с командой Александра Геннадьевича уже в этом году. Не буду пока раскрывать детали, скажу только, что одним из его результатов мы бы хотели видеть вхождение одаренных, талантливых студентов в команду главы Екатеринбурга. — В стране сейчас растут протестные настроения. Студенты активно участвуют в митингах, после чего в учебных заведениях начинаются «чистки» с угрозами отчисления. Что вы сделаете, если студент Президентской академии пойдет на оппозиционный митинг? — Прежде всего, если это в рамках закона, то в этом ничего страшного не вижу. Наши студенты — полноценные граждане России и имеют право на собственные взгляды и убеждения. Еще раз подчеркну, если такого рода действия не нарушают общественный порядок и не противозаконны. В противном случае я встречусь с ним и постараюсь узнать, почему он это сделал. Если таких людей будет много, я буду задавать вопрос себе: как так получилось, что в нашем вузе такое количество людей, придерживающихся противозаконных мнений. — В России есть выражение «раздутый штат чиновников». Периодически поднимают вопросы об оптимизации и сокращении трат на госаппараты. Скажите, есть ли перспектива сокращения мест в вузах? — Некоторые вузы стараются набирать абитуриентов по максимуму, вовсе не думая о том, что нужно рынку, а потому что это позволяет им заработать денег. В нашем институте обучается около 3 тысяч человек, и если мы будем прирастать, то не за счет агитационной работы, а за счет новых программ, которые будут интересны и востребованы. Вуз не должен заниматься деятельностью ради деятельности, надо взаимодействовать с органами власти и бизнесом и готовить студентов, которых захотят брать на работу. А по поводу раздутого штата, если есть переизбыток сотрудников, надо думать не об их увольнении, а о переподготовке на новые должности. — Один из главных упреков от горожан в адрес власти — нам не дают право голоса. Есть ли запрос воспитывать новое поколение чиновников, которые будут чаще практиковать опросы и общественные обсуждения? — В первую неделю на новой должности я организовал встречу со старостами групп. Встал за кафедру и сказал: «Добрый день, уважаемые студенты, планирую выступить перед вами на тему…». Потом я этот текст убрал, и говорю: «Вы правда думаете, что я буду с вами разговаривать таким образом?» Суть в том, что встреча была для того, чтобы узнать о проблемах. Кто-то просил исправить душ в спортзале, кто-то сделать электронное расписание, была история про то, что для включения проекторов нужны пульты, а они привязаны веревкой к системному блоку. Я свозил коллег в Технический университет УГМК, показал, как там все работает, к чему стоит стремиться. Если уже первокурсники будут видеть, что с ними коммуницируют и к ним прислушиваются, думаю, на их картине мира это отразится, и когда они пойдут работать в органы власти, то будут в первую очередь разговаривать с людьми, слушать и слышать их. И давайте будем реалистами, развитие современных коммуникаций активно меняет ситуацию, в том числе суждение, что не дают «право голоса» — оно уже несколько устарело. Приходящие на обучение студенты уже живут в этих коммуникациях. Цифра — это не символы на экране монитора, это среда, в которой мы живем. И она позволяет делать такие вещи, которые ранее были недостижимы. Вот я иногда смотрю на фотографию новорожденного сына на экране телефона и в голове не укладывается, что это все светодиоды, подсвеченные в зависимости от того, какой код записан в памяти. Нули и единички складываются в целостное изображение, переполненное красотой и смыслом, с помощью цифровых технологий. Разрозненные голоса жителей страны — это эти самые нолики и единички, нужно просто уметь собирать их в целостную картину. Ну, а наша задача создавать и транслировать технологии студентам, которые позволят делать изображение нашей страны немыслимо красивым.
Комментарии ({{items[0].comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
{{item.comments_count}}

  • {{a.id?a.name:a.author}}
{{inside_publication.title}}
{{inside_publication.description}}
Комментарии ({{item.comments_count}})
читать все комментарии
оставить свой комментарий
Загрузка...